Мия и голем

То и дело пытаясь что‑то выговорить на ходу, она выполнила такое необходимое мне действие – отвлекла взрослых. И даже старейшина перевел взгляд, невозмутимо взирая на мамину помощницу.

Э, нет. Его слегка приподнятые брови говорили о многом. Мне – как минимум о средней степени удивления. Просто в таком возрасте, а он перевалил за сто двадцатый год, почтенный Атот перестал выражать свои эмоции как‑либо еще. Разве что губы иногда кривил в усмешке, но очень‑очень редко.

Как он сам неоднократно проговаривал на общем празднестве, невозмутимого спокойствия ему вполне было достаточно для жизни.

Более того, он не любил юмор и различные неожиданности, как сейчас.

Я тем временем уже успела внести необходимые изменения в стабилизирующей и пленяющей печати и смотрела на свое творение с немалой толикой благоговения. Линии печати в центре были идеальны. Ведь ранее я уже неоднократно их чертила, призывая маленьких големчиков, которые трудились за меня в комнате в мое отсутствие, точнее, старались ничего не сломать при попытке убраться.

Неповоротливые, хоть и маленькие, они бы больше всего пригодились в карьерах по добыче руды и магических камней.

Меня, если честно, мало волновали их погромы, последствия которых я с легкостью убирала по возвращении в комнату. Каждый раз. Не суть.

Я не огорчалась. По крайней мере, из‑за такой мелочи. Вот еще. Так хоть какое‑то развлечение и заодно магическая практика! Ведь сердобольная я никак не могла себя заставить отправить этих крох к тем гигантам, которые работают сейчас в рудниках.

Увы. Что‑то меня в последний момент останавливало. Поэтому приходилось самой организовывать досуг моим Торлу, Тирлу, Трамлу.

Порой при этом удавалось разрушить кое‑где стену или же знатно побуянить.

– Ты готова, дочь? – окликнула меня матушка, отвлекая от созерцания собственного творения. Идеальные линии, выведенные на камне мелком из пыли магических кристаллов, заставили невольно возгордиться собственными навыками.

Еще секунду я помяла в руке кристаллический мелок, который представлял собой такую же еду, как и картошка, хлеб, масло.

Кстати о еде. На сегодня у меня еще же урок с Эйдой, которая обучает меня манерам за столом. Вот только она куда‑то подевалась. Куда – непонятно.

Так, а я снова зазевалась.

Опомнилась и бросила беглый взгляд на старейшину, который к настоящему моменту начал щуриться, фокусируя взгляд на моей печати.

Ох!

Нужно спешить, пока Атот всё не отменил. Приложила ладони к внешнему кругу печати.