Фанатка

Другие не любили на меня смотреть и либо не замечали, мазнув случайным взглядом, либо отводили глаза, будто на дороге споткнулись. Такой реакции, признаться, я ожидала. Там, откуда я родом на меня смотрели точно так же.

Я пережевала пару яиц и, подставив обе руки под подбородок, уставилась на Филиппа. Он смеялся чьим-то шуткам и выглядел обворожительно.

Он был идеален. Невысокий, тонкий в кости, но не женоподобный; красивые правильные черты лица за исключением надбровных дуг — они выдавались сильнее и были великолепны.

Очень типично для столицы, но вот глаза… глаза миндалевидной формы чуть вытягивались к вискам, выдавая смесь кровей, но каких, я не знала. И пара родинок на лице. Одна повыше верхней скулы, другая под нижней губой.

Я сглотнула.

В этот момент взгляд Филиппа случайно наткнулся на мой и замер. Уголки смеющегося рта опали. Я не отворачивалась, глядела прямо на него. Он тоже. И вдруг он едва заметно кивнул и перевел взгляд.

Я онемела.

Что это было?

Выглядело как благодарность.

За сегодняшнее?

В груди гулко ударило.

Для тебя — всё, что угодно, Филипп.

Глава 2 Марта

— Филипп, будь добр, приоткрой окно, — попросил профессор заклинательства.

Филипп поднялся и подошел к раме. Ухватился за ручку, знакомым движением потянул на себя. Рама не поддалась. Филипп замер на мгновенье, и потянул сильнее — с тем же результатом.

— Должно быть, заело, Константин Васильевич, — ответил он низким мелодичным голосом после того, как попробовал ещё раз. — Боюсь, более серьезного воздействия стекло не выдержит.

Профессор прервался, посмотрел поверх очков сначала на Филиппа, потом на окно, отложил манускрипт лекции, встал.

— Действительно, не поддается, — в искреннем удивлении произнёс он, сам приложив немало усилий. — Ещё вчера всё прекрасно работало. — Владислав, — окликнул профессор студента через два стола. — Открой окно рядом с собой, будь добр.

Парень резво поднялся, но и его ожидала неудача — створка рядом с ним тоже не желала открываться.

— Да, что же это, — квохча, профессор поочерёдно пытался открыть окна, продвигаясь к задним рядам. — Какой-то розыгрыш? Знаете, я не ценитель.

Только последнее окно в углу — там, где никто не сидел, соизволило распахнуться.

— Ну наконец-то, — с облегчением выдохнул профессор. — С этой ситуацией я позже непременно разберусь и виновные будут наказаны, а сейчас не будем больше терять время и вернемся к лекции.

Я не переживала о том, что буду наказана.