Фанатка

Поэтому прошу не говорить отцу. Я постараюсь сам во всём разобраться. Пока ещё слишком рано об этом говорить.

Мама колебалась: не говорить отцу было непростым делом.

— Мама, не переживай, прошу, — я сжал её руку в ответ, глядя в глаза. — Ты всегда давала мне то единственное, в чём я нуждался — свою любовь. Только поэтому я верю, что смогу найти своё счастье, как бы ни было сложно в этой семье.

Мама пристально смотрела в мои глаза, будто стараясь разглядеть всё то, что я пока не был готов озвучить, но одно она поняла точно: я был полон решимости поступить по-своему.

— Я с тобой, сынок, — наконец сдалась она, взяв на себя обязательство молчать. — Но если тебе потребуется моя помощь или поддержка, обещай, что скажешь мне об этом.

Я кивнул, улыбнувшись.

— О чём это вы здесь шепчетесь? — подплыла моя тётка, увы, пропустив самое пикантное.

— Прошу Филиппа соблюдать равновесие между учёбой и отдыхом. Он выглядит измождённым, и цвет его лица мне не слишком нравится, — не моргнув глазом, увернулась от неудобных расспросов мама.

— Да, действительно. Бледноват.

Я успел поговорить со всеми родственниками: дядями и тётями, племянниками и племянницами, кузенами всех дальностей родства. Освежив линии чужих жизней в собственной памяти и поделившись делами об учёбе, я предпочел откланяться. Разговоры будут наполнять эти стены все дни каникул — спешить некуда.

Когда я шел по коридору к парадной лестнице, уводившей наверх, к спальням, в меня чуть не врезалась сестра.

Дверь кабинета отца распахнулась, она вылетела наружу, в слезах, злая. Локоны чуть растрепаны, кожа блестит лёгкой испариной — они, должно быть, ожесточенно спорили.

Увидев меня, Ксения кивнула, я ответил таким же коротким кивком: мы всегда прекрасно понимали друг друга без слов. Размашистой походкой, чуть приподняв подол многослойной малиновой юбки, Ксения направилась в спальни.

Я не спешил, давая ей немного свободного пространства — на дальнейшие разговоры она была явно не настроена.

Следом вышел отец, увидел меня.

— Как дела, сын?

— Всё хорошо.

— Хочешь поговорить?

— Нет. Всё как всегда.

— Тогда пожелаю тебе спокойной ночи — день был насыщенный.

И мы попрощались.

Жизнь будет насыщенной, подумал я, если принадлежишь к одной из знатных семей столицы, и не просто знатных, но тех избранных, в которых мечтают родиться всё, кто к ним не принадлежит и искренне ненавидят все те, кому не повезло в них родиться.