Фанатка

Григорий перехватил кулак со всё ещё оттопыренным пальцем в свою сторону и развернул так, чтобы тот указывал вверх.

— Видишь, его мой выбор вполне устраивает.

— Ну ещё бы, — кипел Максим, массируя тёмную с отросшими кудрями макушку. — Это же мне придется контролировать дозировку, иначе что-нибудь точно сгорит или взорвется.

Григорий, рот которого уже был занят пятеркой жульенов, попытался скорчить невинную гримасу и развёл руками, словно каялся.

— Именно на то, что мы отзанимаемся целый семестр без происшествий я и надеюсь.

Максим, ретировавшись, глубоко выдохнул. Пара девушек, составлявших Гришке компанию в предыдущих двух семестрах, облажались. Один серьёзный пожар и один взрыв с телесными повреждениями. К счастью, повреждения коснулись самого Григория — он успел закрыть собой напарницу и потому лечил руку всю последующую неделю.

Я не сомневался, что присмотреть за неаккуратным Григорием сможет только внимательный Максим.

— Ладно. Переживешь, — Григорий наконец сделал короткую передышку и хлопнул Максима по плечу, тот чуть не подавился.

Григорий был магом земли — истинным магом земли: крупным, сильным, вся еда уходила в мускулы, а поскольку в голове мышц не было, то вот и результат.

— Аккуратней! — заорал Максим.

— Прости!

Мой лучший из всей нашей компании друг являлся магом огня, хотя походил на мага воздуха: был худ, жилист, легок на подъем. Только тёмные волосы, присущие большинству его племени оставляли сомнения.

Маги огня часто рождались смуглыми брюнетами с карими глазами, а маги воздуха — белокурыми и светлоглазыми. Григорий также был типичным представителем своего племени: рыжеватый и конопатый.

Я только в это момент подумал, что все мы очевидные представители своих стихий. Кирилла тоже не обошла та же судьба. Будучи магом воды, он являлся обладателем светлых волос и голубых глаз.

— Так, а собой зачем пожертвовал? — склонившись, спросил Кирилл. Я понял, о чём он.

Он спрашивал: зачем я сел с Мартой.

— Ну а как ты это себе представляешь? — опередил меня Макс. — Если давать ей пару, то кого? Кто не будет ныть и создавать проблемы? А кто эти проблемы должен разгребать потом? Иван, вон, ныл как, а его одного разве что посадили.

— Здоровый, а как скулил, — презрительно согласился Григорий.

— И то верно, — согласно кивнул Кирилл. — Но зачем ты её вообще трогал, пусть бы сидела одна. Её, кажется, это не слишком беспокоило.