Крапива

Дружинники уже ломали двери в чью-то хату, вытаскивали добро, а с ним вместе лежачую слепую бабку. Вот тебе и защитники!

Степняки зато без дела не сидели: вот один подхватил сразу два меча и давай крутиться мельницей! Рубанул Дубраве поперёк спины, тот упал как подкошенный, но поднялся, развернулся… И вдругорядь получил от самого вождя. Чёрная кровь намочила рубаху, Дубрава покачнулся…

- Дядька!

Над Дубравой встал самолично княжич. Принял мечом меч вождя и давай рубиться!

Будто птица с чёрными крыльями кружила с ними рядом, легко касаясь перьями то одного, то другого.

Там, где чёрный росчерк царапал кожу, оставалась алая полоса. Или это следы от клинков?

Умрёт княжич – и Посадник не простит смерти любимого сына, а уйдёт в Тень вождь – шляхи вырежут деревню до последнего мужа, а женщин заживо закопают в землю.

Кто-то, раненый, корчился на земле:

- Помогите!

Крапива отволокла его в сторону, спрятала, велела придавить разрезанную руку. Затем кинулась спасать слепую неходячую бабку.

Старуха ползала по бранному полю и никак не могла схорониться. Травознайка выломанной из чьего-то забора жердиной отпихнула от неё оружного мужа, неловко схватила за голую руку… Бабка заверещала от боли, Крапива, плача, потащила её к сараю, куда Свея теснила девиц – какое-никакое убежище. Передав бабку всполошённым девкам, травознайка утёрла мокрый лоб и кинулась обратно. Хоть кого ещё спасти! Да вот только её саму спешили спасать.

- Крапива!

Отец распихивал людей локтями.

Ох непросто было вытащить Деяна из дому и в мирное время, а уж чтобы на ратное поле прорвался и вовсе чудо! Но бежал, выпучив глаза, искал дочь. Вот вдарил кому-то по уху, не разобрав даже, своему или чужому – не мешай!

- Батька!

Крапива едва вприпрыжку не помчалась к отцу: уж он-то силач, каких поискать! Что ему шляхи и срединники! За свой род всех на рогатину наденет! Так думала она, будучи младше, ещё до того, как поселилась в их доме хвороба. До того отец обнимал её, сажал на колени, как сейчас сажает сыновей, учил мастерить из берёсты.

Нынче же…

Нынче ловкий молодец из дружины походя огрел его по затылку рукоятью меча. Не тщился убить, лишь пихнул, чтоб не мешал, и побежал дальше, подобрал дотлевающую головешку да и зашвырнул на крышу сарая. Пламень занялся мигом, поднялся визг… А бой всё кипел и конца-края ему видно не было.

Крапива бросилась к отцу и ногтями вцепилась в лицо шляху, вставшему над ним.