Бар: «Белая фиалка»

Демон и человек странный союз, но вполне возможный, если не брать в расчет происхождение каждого.

— Главное чтоб мусор убрали за собой, — сухо произношу, смотря на столики. После моего высказывания эти два странных человека почти одновременно встают и выходят из бара, делая вид, что уходят не вместе. Мысль о том, что это два «шпиона» задумали какую-то пакость, не дает мне покоя.

Анемон тут же отпускает руку Айзека и приступает к своим обязанностям. Мне нравится ее чувство ответственности и понимание, что она на работе.

Через несколько минут возвращается, держа в руках те самые подозрительные послания. И все же мусор с собой не забрали — жаль.

— Гляньте! Это же любовная переписка! — восторженно сообщает официантка. — Он назначил следующее свидание через несколько дней и опять у нас! Это так романтично!

— Ну, значит мы их еще увидим, — делаю вывод из полученной информации. Я возвращаюсь к своим стаканам, закидываю полотенце на плечо и начинаю мыть посуду.

Анемон задумывается на секунду глядя на записки, а затем вновь оборачивается на уже пустые столы. Прям слышу, как в ее голове вращаются шестерёнки, складывают незатейливый пазл.

— А вам не кажется, что девушка уже была у нас? — мы с Айзеком отрицательно качаем головами. — Она мне показалась знакомой.

— Может просто кажется, — демон кладет руку на голову Анемон. — Не думай об этом.

— Айзек, не проворачивай этот трюк снова, — она отходит от него и садится на барный стул.

Официантка все еще копается в своих воспоминаниях о загадочной посетительнице. Но меня волнует другое, что Айзек успел сделать моей сотруднице? Смотрю на демона, который любовно разглядывает объект обожания и задаю вопрос:

— Так, демонюга, ты что успел сделать Ане?

Айзек обращает на меня внимание своих голубых глаз и криво улыбается. Делает несколько шагов назад, чтобы случайно ему не попало каким-то предметом. В последнее время я заимел привычку бросаться в демона всем что попадет под руку, а все из-за того, что видеть уже не могу его морду в баре.

В академии мы пересекались только на лекциях, иногда в компании, если Азалия затаскивала туда. Обычно наше общение происходило только в аудиториях.

— Ничего такого, о чем ты мог бы подумать, — Айзек поднимает обе руки вверх. — Она просто была загружена, а я очистил ей разум и случайно стер все знания о конспектах.