Моя мачеха - человечка, или Замуж за дракона

— Тем более у меня есть особое место. Там невероятно красиво! А ещё там можно отдыхать совершенно легально.

— Ты о чём? — удивился он.

— Это моя земля, — с лёгким смущением пояснила я. — Бабушка с дедушкой оставили мне наследство. Дом я продала и вложила деньги в развитие экозоопарка. А вот землю оставила.

— Да ты у нас богатая невеста! — заинтересовался Кирилл, невысокий мужчина лет тридцати. Он окинул мен преувеличенно восхищённым взглядом. — И красивая! Тонкая, как тростиночка…

— Умная и талантливая к тому же, — шутливо добавила я.

— Смотрите, чтобы конкуренты не украли!

— Пусть попробуют, — с фальшивой угрозой прорычал он, и мы рассмеялись.

Мне никогда не было так легко общаться с людьми. Большинство моих знакомых видели во мне гадкого утёнка, который так и не сумел стать таким прекрасным лебедем, как моя бабушка. Я же, получив наследство, перестала и пытаться. Радостно оставив позади болезненные попытки покорить сцену, я решилась заявить миру о своём тайном хобби.

И именно Кристина, удивительная девушка и прекрасный художник, заметила мои зарисовки.

После встречи с ней возникло странное ощущение, что мы всегда были подругами. Может, в прошлой жизни? Мы вспоминали об этом каждый раз, когда одновременно что-то говорили или делали.

— Покажи, — попросила Кристина, присев на мой рабочий стол. Нетерпеливо выдернула из-под моей руки лист и присвистнула: — Ну ты даёшь! Как можно передать эмоции тремя линиями наброска? Ты невероятная!

— Ты преувеличиваешь, — мягко возразила я, возвращая рисунок.

— Ничуть, — воскликнула она. — Я твои работы узнаю по изгибу одной линии. Иначе как ты объяснишь, что только я выяснила, кто скрывается под ником Лесси?

— Тс! — Я испуганно огляделась и, ощущая, как краснею, прошептала: — Ты же никому не показала, что я выкладываю на «Вебтуне»?!

— Говоришь так, будто ты мангу для взрослых рисуешь, — ехидно прищурилась она и покачала головой. — У тебя талант, Олессия. Юрке повезло, что ты согласилась.

— Это мне повезло, — стушевалась я.

— У меня ни диплома, ни рекомендаций…

— Бесполезные бумажки! — отмахнулась она.

— Моя бабушка не согласилась бы с тобой, — вздохнула я.

— Сюда приходило немало людей, у которых было всё, о чём ты говорила. — Она пожала плечами и, спрыгнув со стола, направилась к кофеварке. — Но их работы были однообразны и скучны. Ни намёка на уникальность!

Я содрогнулась и проворчала:

— Так же бабушка говорила о моих танцах.

— Тебя заставляли жить чужой жизнью.