Перстень Дракона

Девушка стояла на пирсе старого порта, который, как обычно, шумел многоголосием на разных языках.

“Здесь совершенно ничего не изменилось. Хотя, что могло измениться за какую-то неделю? Неделя… Всего несколько дней, а такое впечатление, что полжизни прошло в параллельной реальности”.

Кристина испытывала странное чувство. Казалось, нужно радоваться, забыть колдуна Торна, веселую тетку Агату, бежать домой и скорее обнять бабулю. Но вместо этого она устало брела по набережной, думая только об Алексе. Он навсегда остался там, в далеком мире трех планет: прекрасной Левитании, огромной Юрии и холодного Крита.

“Что теперь?.. Пусть женится на Эми. Может быть, это и к лучшему. Какая из меня королева великой Юрии? – грустно улыбнулась Кристи. – Только вот… Как теперь жить дальше?”

С этими мыслями Кристина подошла к знакомому дому на улице Гриньян.

“Хм?.. Фасад отреставрировали. Когда успели?”

Дверь открыла седовласая старушка лет восьмидесяти.

– Добрый день, мадемуазель. Вы, наверное, по квартире? Пожалуйста, проходите.

– А… Бабушка? Мадам Морис… Разве?.. – Кристина от неожиданности сделала шаг назад. – Извините, я, скорее всего, ошиблась дверью.

– Нет, нет. Вы не ошиблись, мадемуазель. Я и есть - мадам Морис. Это я вам звонила вчера, – женщина, улыбаясь, махнула рукой. – По телефону, знаете ли, голос по-прежнему молодой, а выгляжу как черепаха Тортилла. Так что, не пугайтесь и проходите смелей.

“Бабушка? Это бабушка? Как она могла так постареть? Что произошло за эту неделю? И почему она не узнает меня?” – в растерянности подумала Кристи и сделала шаг через порог.

– Проходите на кухню, мадемуазель. Предварительно я напою вас своим фирменным кофе. Квартиру посмотрим после. Надеюсь, вы не сильно спешите?

– Нет, нет. Я не тороплюсь.

– Присаживайтесь, милочка, присаживайтесь.

Мадам Морис налила кофе, поставила на стол круассаны и присела напротив.

– Угощайтесь. Конечно, круассаны уже не такие, как раньше. Вот попробовали бы те, что пек когда-то толстяк Жерар.

– А, что он закрыл пекарню?

– Вы знали Жерара? Очень импозантный был мужчина. К сожалению, умер десять лет назад. Сердце, – мадам Морис посмотрела на внучку, и на мгновение задержала взгляд на ее лице. – Вы напоминаете мне кого-то, мадемуазель. Зрение... У меня сильно упало зрение. Как вас зовут, мадемуазель?

– Кристина.

– Кристина? – голос мадам Морис упал, – у меня была внучка и ее тоже звали Кристина. Примерно вашего возраста.