Новогодние сказки

Мой это дом, зимний, есть еще летний, так что не переживай.

– А я буду! Он же изо льда и снега! Я же там замерзну!

– Анжела, перестань, сейчас нам надо просто где-то переждать ночь, - он постарался выглядеть уверенным в том, что говорит, и не спеша направился в сторону дома.

Если издали это казалось маленькой избушкой из льда и снега, то когда они подошли ближе, стало видно и основную часть здания. Оно, конечно, было одноэтажным, но напоминало скорее дворец, нежели скромное жилище лиса. И тут девушка все же взглянула на своего спутника.

Тот был поражен увиденным не меньше ее самой. Стало окончательно ясно, что он и сам не знает, чей это дом и понадеялся на авось.

– Вальдемар, просто скажи правду? Мне кажется, это домик Мороза.

– Мне тоже, - еле слышно выдавил из себя лис.

– И что мы тут делаем? Может, ну его? Давай отсюда куда-нибудь уйдем?

– Некуда. Нам одна дорога - пойти поздороваться с хозяином и попроситься на постой.

Постаравшись выглядеть как можно более уверенным, он взял Анжелу за руку и повел к двери.

Девушка шла нехотя и старалась прятаться в коврик и за лиса, в надежде, что он все-таки мужчина и защитит ее. Оказалось, что та избушка была боковым крылом с запасным выходом. Основные двери, не двери, а даже практически ворота, располагались по центру, и до них они еще минут пять шли по заснеженной дорожке. И вот ворота, навесной молоток, чтоб постучать в дверь, и даже смотровое окошко, не понятно только для чего, если и сквозь стены вполне неплохо видно, что происходит снаружи. Свет горит лишь в одной из дальних комнат.

Вальдемар поднял тяжелый молоток и отпустил его, по дому разошелся звук удара, как будто кто-то бил в гонг. И этот звук, отражаясь от стен, расходился вокруг, не утихая, а лишь набирая обороты. Из глубины дома раздался шум и жуткая ругань, а потом появился он, Мороз. Он был страшОн, хотя нет, страшОн он был через стеклянную дверь, а так просто пугающ. Но когда та приоткрылась, и в нее выглянул хозяин дома, у Анжелы все внутри похолодело и, спрятавшись за лиса, она попыталась упасть в обморок.

Но перспектива лежать в холодном снегу, и неизвестно еще мужчины додумаются ее оттуда убрать, или она замерзнет там на смерть, ее пугала больше.

Большое карснощекое и красноносое лицо, глаза черные, как зимняя ночь, разве что звезд не хватает, и тоже большие, почти в треть лица, длинная белая борода, тулуп ватный в буро-коричневых пятнах, штаны тоже ватные, непонятного серого оттенка, и валенки, покрытые изморозью.