Ангел Маруся

Будь осторожен с теми, кто хочет двинуть тобой с Е2 на Е4 даже из самых лучших побуждений и никогда не позволяй поднять голову червю саморазрушения. Вот он, змей Горыныч–то ваш. Сражайтесь.

Дело твоё – пахать и защищать, всё остальное – от лукавого. Не верь, что ты ещё что-то кому-то должен. А бабы со своими штучками и запросами – они пусть как хотят, им от матушки-природы перепало гораздо больше. Они-то, змеюки, все проблемы способны решить – и свои, и твои, Ванечка. И не особенно напрягаясь, между песнями и танцами всякий час.

Женщина полноценная за спиной богатырской не прячется, разве что от скромности, из естества своего объект торговли не делает, но и задёшево не отдает. Головой ты тут никогда не выберешь, только сердцем. Ваша мужская голова – объект ненадёжный, работающий в только в парламентской совокупности. Уж извини.

Послушал мою сказку? Я тебе ещё много расскажу. Пойдём мы с тобой по жизни рука об руку, крыло о крыло.

Ты интересен своим будущим, я – своим прошлым. Всё как у людей.

47.

«Здравствуй, Дашка, здравствуй, милая. Вернулась? Вот и хорошо. Акклиматизировалась? Вижу–вижу, что не совсем, глаза слезятся и из носа периодически течёт. Зато загар хороший, даже наша старушенция одобрительно пощурилась на твой шоколадный пупок, ненароком мелькнувший в кулисах делового костюма. Какие планы на жизнь? Да я и не сомневалась. Что ещё делать такому экзотическому цветку в наших снегах, как не давать замерзнуть ни себе, ни другим.

Наверное, планида у тебя такая – зажигательная. Нет, не планета, это все-таки скучновато – вертись и вертись по своей орбите, никакой романтики. Вот комета – совсем другое дело. Издалека красиво, а пролетит рядом – мало не покажется. Бог оградил тебя от избытков интеллекта и рефлексии, подарив сочный жизненный плод как таковой, как он есть – без горчинки и червячков. Наверное, в прошлой жизни ты была светлой праведницей, не тронувшей мирского, не замутившей тихую радость общения с небом земными соблазнами. Теперь имеешь полное право на все удовольствия – и малые, и средние. Не грусти по мне, мы ещё пошалим».

Я знаю, ты меня не забыла. Твои следы – единственные вокруг моей заснеженной могилки, и две розовых гвоздички на белом – тоже твои. Я смотрю сверху на знакомую машину, блестящим жуком ползущую по застывшим аллеям кладбища, и мне хорошо.