Наследники 1

Ни разу не слышала, чтобы кто-то озаботился приведением ее в порядок.

Речь не шла о внешнем ремонте и улучшений условий, а об элементарной надежности. Старые стены рано или поздно начнут рушиться, а подмывавшие камень подземные воды только ускорят процесс. И однажды обитателям темницы не составит особого труда выбраться на волю.

Но, как принято у людей, пока не случится — никто не почешется.

После сообщения она вернулась к комиссару, где около получаса упрашивала отдать ее ордену недавно арестованную девицу.

Дело на нее еще не завели и в чем конкретно обвиняли, сам мистер Шепард еще не знал — видимо, патруль не успел все оформить официально, да и тех, кто задержал девицу в сером районе, уже не было.

В отписке тюремщика значилось сопротивление при аресте и мелкое хулиганство. Лин пришлось заплатить положенный за освобождение при подобном нарушении штраф в десяток рудиев. Её бесило отсутствие полной информации, а в душе зрело нехорошее подозрение, закрепившееся одной-единственной фразой лэра — она мне нужна.

В каком это смысле? Неужели всего за день он успел найти себе девку для утех? Так вот чем он был занят ночью! Да когда же он, перестанет так себя вести? И когда я наберусь смелости, и признаюсь ему в чувствах?

Вопрос был риторическим. За почти тридцать лет совместной работы, она ни разу не решилась, даже намекнуть, пофлиртовать. И терпела. Бесконечно терпела и сгорала от ревности, когда очередная временная девица прыгала ему в койку. Благо, что ни одна связь не продлилась дольше недели, а то и пары дней.

Но Лин каждый раз боялась, что он объявит грелку для постели своей девушкой, и притащит в орден.

Почему молчала, почему терпела?

Лин оправдывалась перед самой собой, неуверенностью в чувствах Яхо.

Если он откажет! Это разобьет не только ее сердце и пошатнет их дружбу. Сделает бессмысленным такое долгое ожидание, надежду, мечты, с которыми она так сроднилась, что не представляла, как будет дальше жить без иллюзий скорого счастья.

Миновав длинный коридор с наглухо закрытыми ржавыми дверями, они остановились.

Мужчина, не спеша, открыл решетку, и та заскрипела, резанув по слуху. Стражник подошел к первой двери с размытыми пятнами ржавчины, словно на нее сверху капала вода, и довольно долго, ковырялся в замке. Выругался, когда ключ застрял, никак не желая поддаваться. Лин хотелось высказать все, что она думала о тюрьме и тех, кто ее охраняет. А когда ключ поддался, приказала:

— Оставайтесь здесь, я войду одна.