Наследники 1

— Я помолюсь Далоху, чтобы вам способствовала удача — виновато пожал плечами командор.

— Как и всегда…

Яхо вышел. И в этот же момент за окном грянул гром и начался ливень.

Небо розовело. Эдвин оторвал взгляд от книги в позолоченном переплете и потер переносицу. В глазах роились стайки мушек, а голова гудела, словно он провел полночи не в своем кабинете, а в колокольне. Он любил раннее утро: в это время наступает волшебная тишина, весь мир замолкает, чтобы отдать дань властелину-солнцу. Ночной воздух, накаленный дневным пеклом, окончательно остывал, даря, прохладные мурашки, и сидеть у открытого окна становилось сплошным удовольствием.

Эдвин пару раз в неделю старался задержаться допоздна — или встать перед рассветом. В это время он оставался наедине с желаниями и воспоминаниями. И возвращался во время, когда был жив отец и братья, когда вместо того, чтобы днями напролет бдеть за работой градсовета, он мог предаваться незатейливым прогулкам у ближайшего озера, скакать на верном рысаке и покорять сердца молоденьких крестьянок и купчих. О, сколько сердец было разбито в те года, включая и его собственное.

Острые, как лезвие кинжала, шипы букета воспоминаний наполняли его таким ароматом сожалений, что сердце стареющего мужчины содрогалось, грозясь навеки замереть. Но он брал себя в руки, и находил среди букета одну-единственную розу, что до сих пор не обросла шипами. Его розу. Он встал, закрывая книгу. Любовный роман явно не пошел на пользу больному сердцу, а ждать ответа от ордена с каждым днем становилось все томительней.

Самая сокровенная вещь в его доме с каждым часом становилась все дальше.

В дверь настойчиво постучали.

— Кто?

Вместо ответа, дверь открылась. В комнату вошли трое, укутанные в одинаковые коричневые дорожные плащи. Лица скрывались под глубокими капюшонами, и выглядела троица крайне подозрительно.

Высокий и самый субтильный незнакомец вышел вперед и преклонил колено:

— Воины Триады прибыли по вашему зову Милорд, — острый и холодный, как горный пик голос, принадлежал девушке.

Взгляд упал на поблескивающий в первых лучах солнца браслет, который гостья нарочно выставила напоказ. Три маленьких змейки с янтарными глазами, как живые, сплелись тонкими телами и моргнули, подтверждая подлинность вещицы — этот браслет узнает каждый во всем Альвхейме.

Эдвин почувствовал, как в душу влетела ласточка-надежда, и улыбнулся.