Факультет сбора и трансформации - 2

Что? Что это за взгляд?

— Да вот подумалось, что ещё немного — и пролечу я мимо наблюдательской карьеры. Перешагнёт резерв допустимую отметку — и всё.

— Кому что... Подумай лучше о том, что с твоими запущенными семейными делами, тебе после пары лет отработки в любом случае придётся уходить и заниматься исключительно ими. А там и личная жизнь наладится, будешь приличная девушка из хорошей семьи в прошлом, ныне — отличная хозяйка и заботливая мать.

— Не раньше, чем ты отпрысками озаботишься. Вот после тебя, глядя на положительный пример, и я задумаюсь.

Может в какой-то момент капсулу переклинет на очередной аномалии и я из неё не выйду, смысл сейчас так далеко загадывать?

Костянников хотел было закатить глаза, мол, кто-то слишком пессимистично смотрит на собственное будущее, но предпочёл промолчать. В конце концов, риск такого исхода для магов никогда не был нулевым, более того, был даже шанс недожить до конца учёбы, в конце концов, может в последние годы в ОМУ и было спокойно, но вот раньше.

.. Впрочем, и более крепкие, чем Ярычевская, под навалившимися проблемами ломались, и пусть пока они кажутся вполне решаемыми и не слишком уж крупными, кто знает, чем всё это обернётся дальше. Тем более что в лесах на границе обжитой зоны снова неспокойно, и не только у них, на Реве вон тоже. Добыть Вянке инквизиторский нож что ли? Сделать спецзаказ, она-то полукровка, у неё проблем с ношением напитанной силой осины быть не должно.

— Куда дальше? У тебя больше дел в городе нет?

— У меня нет, а у тебя два варианта: или сразу за город, правда, я не знаю, как добираться без заказного поезда, либо.

.. Твой отец передавал, что он сегодня в Костях, и если ты хочешь...

— У меня сейчас нет «хочу», у меня только «надо». В любом случае пришлось бы, давай уж сегодня. Давай адрес, я сама доберусь.

— Вянка, — он сжал плечо девушки, заставляя посмотреть на себя, хотя похожая на тучу в солнечный день девушка не слишком уж и хотела этого делать. — Постарайся не рубить с плеча, хорошо? В конце концов, он не несёт ответственности за решение Елены.

Ярычевская кивнула, поджимая губы. Она и не собиралась винить его во всех грехах мира сходу, тем более, что Елена — а мать Вянка теперь называла исключительно по имени — действительно как ей об отце не рассказывала, так и отцу — о дочери, хотя связь с Ревом сохранялась достаточно долгое время, уж сообщить о ребёнке возможность точно была. Но Ярычева выбрала молчание из всех возможных вариантов.