Эйвери из Тайора

Когда она уже выбилась из сил, а капли дождя стали тихо падать на землю, постепенно набирая силу, так что ей пришлось укутать кошку своим плащом, Эйвери заметила фигуру в черном, сидевшую на сваленной коряге близ дороги.

Когда девушка подошла ближе, незнакомка подняла голову, и Эйвери смогла разглядеть глубокие морщины на худом лице за тонкой, словно шелк, черной вуалью.

– Ты заблудилась? – трескучим голосом спросила старушка.

– Нет, я просто...

– Пойдем, выпьешь со мной чаю, – старушка схватила девушку своей костлявой рукой и повлекла за собой вглубь леса.

За густой лапистой сосной Эйвери разглядела огромный силуэт. Перед ее взором предстала громадина с остроконечной башней посередине. Она пугала и в то же время завораживала ее: стрельчатые окна были безжизненны и пусты, но сад, окружавший замок, был прекрасен. Бабушка провела ее через задний ход в большую гостиную на первом этаже.

– Меня зовут, леди Мэргрит. Я здесь хозяйка. А кто ты девочка? – старушка уселась в кресло возле камина, а ее старый слуга трясущимися руками стал разливать чай.

– Я Эйвери из Тайора, – девушка опустилась в кресло напротив, чувствуя себя крайне неловко. Гостиная, в которой она находилась, была мрачной, несмотря на множество свечей в канделябрах. Хотя, вероятно, это из-за того, что рассказы о злой ведьме взбудоражили ее воображение.

– И что ты делаешь так далеко от дома? – старая леди сделала глоток из чашки с позолоченным ободком.

– Ну... я... – Эйвери не могла рассказать ей все, ведь она ее прежде ни разу не видела, – я ищу работу.

Леди Мэргрит сняла шляпку с вуалью, и девушка увидела ее лицо: увядшее, покрытое морщинами и пигментными пятнами, только большие серые глаза излучали невероятную жизненную энергию, которая завораживала, словно трепещущий огонек на фитиле свечи.

Вдруг в камине треснуло отсыревшее полено, и девушка вздрогнула, сильно сжав сидевшую на коленях кошку.

– Это ничего, Генрих все убе... – глаза старушки расширились от удивления, когда она увидела, что одна лапа кошки растворилась в чашке с чаем.

– О, это... – Эйвери поспешно вернула кошку на место, – необычная кошка. Я ее нарисовала, и она ожила. Дело в том, что раньше я никогда не рисовала вымышленных вещей, я всегда рисовала с натуры.