ТА-РО

Брык! Вопль издал, оглушительный. Ржанием его назвать было трудно. Скорее трубный глас. Я! Это я! Вот я какой удалец молодой! В соседних дворах завистливо вздрогнули мерины, повели чуткими ушами жадно и радостно всхрапнули кобылы.

– Ишь, разрезвился.

Несерьезно укорил хозяин озорника. Похлопал по тугому крупу. Провел ладонью по гладкому боку.

Друг позавидовал.

– Эх, и коняга у тебя, Данила. Царская просто.

Решив ответить шуткой Даниллин проворчал.

– Ага. А где твоя кляча?

– Туточки.

Степан сумрачно улыбнулся.

Его соловая лошадка с крепкой грудью и мохнатыми ногами была очень выносливой и резвой, невзирая на неказистую внешность. Впрочем, знатоки кобылку хвалили. Он ее как раз вывел из конюшни.

Зверь потянулся к доброй знакомой, всхрапнул ласково. Мила его внимание приняла снисходительно. Она вышагивала с достоинством.

Всадники неторопливо поехали навстречу с судьбой. Степан снова нахмурился, завздыхал. Даниил жевал сосновую веточку, сорванную по дороге. Лично ЕМУ ничего не грозило. Что бы там ни думал несчастный россич.

Во дворе друзья увидели боярские сани, десяток его холопов. Сам Карп Петрович был в тереме у молодого князя, не иначе. Степан совсем приуныл. Даниил смерил нагло скалившихся молодцев тем особенным взглядом, на которые был великий мастер.

Холопы старательно поотворачивались, лыбиться перестали. А то эдак можно и до суда не дожить. Подумал каждый из них. И то верно!

Призванные на княжий суд дружинник и его чужеземный товарищ спешились. Зверь злился, чувствуя плывущие в воздухе раздражение и агрессию, направленные на его обожаемого всадника.

Бешено выдувал пар из расширившихся ноздрей, косил блестящим шоколадным глазом на людей.

– Успокойся, милый. Никто твоего хозяина не обидит.

Даниил обернулся к княжеским и боярским холопам, громко посоветовал.

– Без меня к жеребцу не приближаться. Покалечит. Может и убить.

Пустое пространство вокруг коновязи увеличилось вдвое.

Холопы отпрянули, наблюдая как жуткого вида чужеземец со своим бешеным животнымзаговорил точно с человеком.

Попросил.

– Веди себя хорошо.

Снял перевязь с мечами, приторочил к седлу. С оружием перед князем на суду не стоят. А доверять два драгоценных клинка старой булгарской стали кому чужому Даниил не собирался. Не совсем безмозглым был.

Зверь прижался темной, прекрасно вылепленной головой к плечу человека.

Даниил похлопал ладонью, погладил, ласково оттолкнул.

– Все.

Отбросил на спину капюшон. В Моске их изредка носили только священники.