Лизетта ищет мужа

Нет, ну вот почему меня не закинули в мир матриархата, с покорными мужиками, готовыми ублажать своих жен? Или такового в природе не существует?!

Стук в дверь прервал мои мысли.

- Рисса, - в проеме показалась Аннушка, - обед скоро. Переодеваться будете?

А то у меня есть выбор. Буду, конечно. Подозрительная родня не поймет, если я не пожелаю вылезать из своей спальни. Подумают, что побег замышляю. Еще охрану пришлют, вообще передвижение ограничат, чтобы до свадьбы не сбежала. Буду под конвоем по лестнице ходить и на званые вечера ездить.

Так что да, пришлось переодеваться. В нежно-желтое платье. Цвет, конечно, мне не шел. Я смотрелась в этом наряде бледной молью, этакой болезненной девой, которую давно пора показать всем врачам в округе. Зато новое, еще ни разу не надетое. Что есть плюс, угу. В этом мире так уж точно.

В домашних тапках на босу ногу, с гулькой на голове, не накрашенная, я неохотно спустилась к обеду. И конечно же, мой протест заметили.

- Лизетта, - нахмурилась мать, - почему ты вырядилась как пугало?!

Ну, допустим, пугала так дорого не одеваются. Да и вообще, зачем наряжаться и краситься, когда за столом только члены семьи? Кого я тут совращать-то буду?!

Я так и ответила, усаживаясь за стол и тщательно поддерживая образ простушки.

- Матушка, так не для кого. У сестер есть мужья, у тебя - батюшка. А я-то одна. Не нужно ни для кого наряжаться.

Секундное замешательство. И хохот.

Куда ж без него. Ну и взгляды снисходительные. Мол, ах, Лизетта, тебе же уже восемнадцать. Что же ты такую чушь несешь, как будто только что из яслей выбралась.

- Не будешь наряжаться, не перед кем красоваться будет, - наставительно заметила Алиса, старшенькая.

- Так мы ж дома, - пожала я плечами. – Вот выйдем куда-то – наряжусь. А так... Только силы тратить.

Родственники многозначительно переглянулись и уже поставили мне диагноз. Впрочем, пусть их, мне не до них, я тут собиралась живот набить.

А то непонятно, когда в следующий раз придется нормально поесть.

Вот потому-то и уминала я с особым рвением и суп, и дичь, и салат, и тушеные грибы, и кусок сладкого пирога, запивая все это компотом. Куда это влезло, не знаю. Но после обеда я почувствовала себя шариком на ножках. Удовлетворенно вздыхающим шариком, надо заметить.

- А ведь ей еще танцевать, - задумчиво проговорила мать, обращаясь к отцу.