Обреченная на любовь. Невеста зверя

Но вот что-то двинулось, и я, присмотревшись пристальнее, рассмотрела стройную фигуру в кресле у двери…

— Алекс?!

Мужчина не ответил, лишь молча поднялся и подошел к кровати. Сел на самый край и наклонился ко мне, протягивая руку к моим волосам… Но я не стала ждать, пока любимые пальцы коснутся меня в нежном жесте, которого я так жаждала. Я резко села и отодвинулась подальше, все еще кутаясь в одеяло.

— Серьезно, тебя не было десять дней, и ты считаешь нормальным вот так заявиться в мою спальню на рассвете? — но мой запал словно ветром сдуло, когда луч солнца высветил лицо моего любимого — осунувшееся, с темными кругами под глазами.

Запавшие щеки покрыты отросшей щетиной, словно он не брился все эти дни.

— Что произошло? — и я уже сама подвинулась к нему навстречу, осторожно касаясь рукой его щеки и с удовлетворением ощущая под ладонью горячее, живое тепло. Он накрыл своей ладонью мою и прижался щекой, прикрывая от удовольствия глаза, и едва заметно покачал головой.

— Я не могу пока тебе ничего рассказать.

Я… участвовал в пограничном конфликте… Я неплохой маг, ты знаешь, и моя помощь была нужна… моей стране. — Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня долгим, странным взглядом, в котором было что-то такое… Но он отвернулся прежде, чем я смогла понять. — Я только вернулся в город. Даже не зашел к себе переодеться.

Мой взгляд скользнул по его запыленной и помятой одежде. По морщинкам, которые будто бы стали за эти дни гораздо глубже. Не замечая, что слезы уже льются из моих глаз, я бросилась на шею Алексу, прижимаясь к нему всем телом, совершенно забыв про все приличия и про то, что на мне лишь полупрозрачная ночная сорочка.

Все окружающее растворилось в воздухе. Только он имел сейчас значение. Усталый, суровый мужчина, чьи сильные руки так нежно гладили мою спину, а губы осторожно касались моих мокрых от слез щек. А затем одна рука опустилась на мои растрепанные после сна волосы, погладила — так ласково и привычно, что я не выдержала — зарыдала в голос. Слишком огромным было мое счастье — жив, вернулся, любит!

«Любит!» — это слово снова и снова билось у меня в голове, и я не выдержала, прижалась к Алексу еще сильнее и прошептала в ухо еле слышно:

— Люблю тебя… — и тут же осеклась, не зная, как он отреагирует на мое признание, холодея от предчувствия чего-то ужасного…

— Я тоже тебя люблю, — услышала я уверенный ответ.

— Ты — моя.

И волна счастья унесла меня. Я растворялась в этих объятьях, забывая обо всем на свете.