Обреченная на любовь. Невеста зверя

Лорд Кларенс (а это, конечно, был именно он) вернулся к своей команде, подозвал несколько слуг и скомандовал отделить пару диванчиков от групп и поставить с боков от свободного пространства. Таким образом, получились места для зрителей. Раллен же тем временем обсуждал со своей командой, кто останется «за бортом» игры. Конечно, никто не хотел пропускать веселье, так что спор был довольно жарким.

— Мы с Анной, конечно, будем наблюдать, и Мишель тоже, — сказала Кьяра Раллену и повела меня на зрительские места.

Устроившись там, я решила, что сейчас самое время расспросить подругу о ее странных знаках относительно лорда Блэквуда, но тут на диван рядом со мной упала Мишель, и пришлось задать совсем другой вопрос:

— Что за игра такая — «желе»? Название довольно странное.

— О, Анна, поверь, тебе не придется скучать! — Воодушевленно ответила Мишель.

— Все, тише, начинается! — Перебила ее Кьяра, показывая на противоположный нашему диванчик — там уже устраивались лишние участники нашей команды, а в центр пустого пространства вышли Раллен и Кларенс, держащий в руках небольшой сундучок.

— Начинаем! — Громко произнес Раллен, и Кларенс открыл сундук.

Глава 26

Я замерев во все глаза смотрела на таинственный сундук, шикая на хихикающую Кьяру. Но то, что показалось из него, сначала меня разочаровало… Я ждала чего-то волшебного и невероятного, а из сундука, покачиваясь, выплыло нечто полупрозрачное, колышущееся, похожее на… желе! Я повернулась к Кьяре, намереваясь задать ей все терзающие меня вопросы, но она лишь махнула в центр:

— Смотри, не отвлекайся, а то все пропустишь! — Я вернулась взглядом к желе.

Оно продолжало висеть в воздухе, на высоте около двух метров, чуть покачиваясь, словно от дуновения ветерка — но на самом деле воздух вокруг нас был совершенно неподвижен.

Тем временем, Кларенс опустил сундук на землю и сделал шаг назад; Раллен сделал то же. С правой стороны к ним подошла девушка, на которую я раньше не обратила внимания.

Она тихо сказала несколько слов сначала Кларенсу, потом Раллену. Осмотрелась, затем подняла руку, выждала и громко произнесла:

— Начали! — опуская резко руку и делая одновременно шаг ближе к желе. Теперь она стояла почти рядом с ним, а мужчины чуть дальше.

Повисла напряженная тишина. Минута тянулась, словно час. Взгляды всех присутствующих были направлены на желе — как и мой, но, в отличии от меня, остальные явно знали, чего ждать.