Там и Здесь. Темный правитель

— Тогда следи за языком. И запишись на курсы общения. Разговариваешь, как полоумный.

Растерянный облик Березеля Десмонда не тронул — мужчина, не важно какой расы, должен отдавать отчет словам и уметь ими пользоваться. А если не умеет — пусть учится. Иначе это не мужчина, а базарная баба.

Плечи эльфа поникли, уши повисли, он печально сел на край своей кровати и уперся локтями в колени, взгляд застыл в одной точке на полу.

— Да, я знаю, что с общением у меня не очень, — с тоской проговорил он. — Не обязательно было тыкать в больное.

— Боль — это точка роста, — сухо отозвался Десмонд. — Запомни, Березель, если тебе больно и тяжело, значит ты идешь вверх. Это путь победителя.

Снова повисла небольшая пауза, в которой Десмонд слышал, как медленно стучит сердце остроухого. Эльфы живут дольше обычных людей, но их кровь обогащена кислородом гораздо меньше, чем это нужно небуланцам. Раньше на фермы их уводили редко, когда находили. Но шло время и эльфы с небуланскими людьми-валькириями перемешались. Кровь ассимилировалась и стала пригодной.

— Говоришь, боль — это точка роста? — вдруг подал голос Березель.

— Меня этому учил отец, — согласился кивая Десмонд.

— Тогда иди и проведи вечер с этой новенькой, — хмыкнул эльф. — Я видел, как тебе было хреново рядом с ней. Ну? Что не хочешь?

Даже не переспрашивая, Десмонд наконец понял, о какой конкретно новенькой шла речь. Ведь по факту сегодня для него новых знакомств случилось аж два. Но жгло грудь ему только рядом с Наддин.

Подзадоренный азартом, Десмонд сел на кровати и скрестил руки на груди.

— Считаешь, у меня не получится? — поинтересовался он.

— Считаю, что ты не сможешь долго терпеть, — не стал отступать Березель. — Я уже навел справки, девчонка — чаровница. Ворожея то есть. У многих сильных созданий её чары могут вместо морока вызывать боль.

— Твоя лесть, конечно, приятна. Хорошо, что ты считаешь меня сильным, — хмыкнул Десмонд. — Но верховного альпа не проймет какая-то чаровница с Земли.

— Давай поспорим?

— На что?

— Если ты, игнорируя боль, сможешь её поцеловать, я буду весь год писать за тебя контрольные по травологии.

— Хм, — отозвался Десмонд. — А если поцелуй не состоится?

— Ну... Отдашь мне свой кубок.

Десмонд присвистнул.

— Аппетит у тебя, однако, немалый.

Губы эльфа растянулись в улыбке, обнажая ровные белые зубы, которые сейчас напоминают оскал.

— Я эльф, а не идиот, — отозвался он.