Там и Здесь. Темный правитель

Ты её приняла?

На этот раз слова наследника заставили Виолетту смутиться, а это вывело её из состояния сладкой неги, куда она погружалась и готовилась утащить туда Десмонда. Она стыдливо забегала взглядом по полу и проговорила:

— М... Да, принимала.

Снова чуть улыбнувшись левым краем губ, Десмонд ей предложил:

— Прими ещё.

— Что... Зачем? — не поняла Спрутовская, все быстрее приходя в себя.

— Затем. Я бы не хотел, чтобы твоя честь была поругана, — хмыкнул верховный альп.

Судя по выражению лица Спрутовской, сказал он нечто такое бредовое, что даже среагировать сложно.

— Ты из какого века, небуланец? — окончательно вернувшись в сознание, поинтересовалась Виолетта и демонстративно застегнула пуговицу на блузке. — Какая ещё честь?

— Хм... Девичья? — предположил наследник.

То, как выпрямилась спина хомокракенки, просигнализировало — с честью у неё все в порядке, чтобы это ни значило. Подбородок вскинулся, она уперла одну руку в бок, а второй сделала непонятный жест, будто что-то показывает, и ответила:

— Я хомокракен.

У нас размножение — во главе угла.

— И все же ты не плодишь головастиков где-нибудь в середине океана, — заметил Десмонд, — а приехала учиться в академию Парамагии.

— Дурак, — констатировала Виолетта. — Хомокракены не плодят головастиков, а откладывают яйца, это во-первых. А во вторых... Ну, считай меня бракованной, если я не приняла предложение самого крупного хомокракена в Ваплау, а вместо этого махнула щупальцем и умотала учиться.

То, что Виолетта предусмотрительно отшагнула от него на несколько метров, Десмонд прекрасно заметил.

Что ж, чувство самосохранения ей не чуждо, а для земных обитателей это важное качество, что Виолетте только в плюс. Но безобидно поддевать её наследнику почему-то пришлось по вкусу.

— Нарушать традиции нехорошо, — наставительно произнес он, прекрасно скрыв улыбку.

Полученный эффект ему понравился — глаза Виолетты вспыхнули, губы сомкнулись в полоску, она шлепнула по полу сразу тремя щупальцами и выдохнула:

— Да? Вот сам бы и вязался с этим толстым и жутким хомокракеном! У него по всему животу моллюски, а на спине прилипалы.

А он их даже не удаляет! И в зубах застряли водоросли. Фу! Если выбирать между вязкой с ним и мытьем полов в академии все десять лет, я с готовностью выберу второе!

Речь Виолетта закончила демонстративным скрещиванием рук на груди, при этом она отвернулась и задрала подбородок так высоко, будто собралась им поцарапать потолок коридора. Десмонд хмыкнул.