Там и Здесь. Темный правитель

Интересно совсем другое.

— Жжжу-жжжууу, — прогудела бабочка брюшком и снова ткнулась ему в плечо, вытянув хоботок, такой длинный, что хватило бы несколько раз обмотать его вокруг пояса Десмонда.

Он усмехнулся, продолжая поглаживать зверя по мохнатой башке.

— Да-да, вижу, что я тебе нравлюсь. Как ты прокусила мою кожу, вот в чем вопрос. Или может чары мои не работают только на крупных существ, а на такую малышку, какой была ты, моей харизмы как раз хватило?

— Жжжжу... — согласилась бабочка.

— Вот как? — отозвался Десмонд, испытывая одновременно и удивление, и радость.

Выходит какая-то часть его морока все ещё при нем и даже самые мощные чары земных магов не смогли полностью заморозить его природную суть.

Это согрело закованное в латы сердце верховного альпа настолько, что обхватив здоровенную морду бабочки обеими ладонями, он уперся ей в выступ лба своим лбом и проговорил:

— Наверное, тебе нужно имя?

Утробный писк бабочки он расценил как согласие и продолжил:

— Тогда нарекаю тебя.

.. Либера. По имени одной из богинь, бежавших в мой мир от угнетения и несвобод.

— Жжжуууу-жуууу! — радостно заурчала Либера и угодливо затряся брюшком, оно загудело, как двигатель земного автомобиля, а крылышки засветились ещё сильнее.

— Вижу, имя тебе нравится, — с удовлетворением проговорил Десмонд.

Бабочка же вдруг опустилась перед ним передними лапами на колени и склонила голову, приглашая вскарабкаться на холку. Не раздумывая, Десмонд в один прыжок оказался на её пушистой спине, прямо за массивной головой, чтобы не мешать размаху крыльев.

Ворс на её теле оказался таким густым и длинным, что его ноги утонули в теплой и мягкой шерсти, за которую он ухватился аккуратно, но крепко.

— Так, — усмехнулся Десмонд. — И что дальше?

— Жжжжу! — прогудела Либера, а в следующий момент её лапки отпружинили от земли, крылья медленно, с гулом взмахнули, и наследника подняло в воздух.

Высоту бабочка набрала так быстро, что ни один воздушный шар на его родном Небулане не идет в сравнение.

В отличие от шара, полет на Либере резкий, порывистый, очень быстрый и головокружительный. Но для верховного альпа с его реакцией — то, что надо.

Они неслись над ночной академией, словно неудержимый болид. Благодаря его крови, Либера отлично видит в темноте и понимает с одного прикосновения. Впервые с момента, когда он попрощался с отцом, Десмонд ощутил нечто, что люди могли бы описать, как радость.