Тайна Джона Скорсезе

В крайнем случае можно поговорить с кем-то из работников, — предложила Катя, а и правда, на месте разберемся, по ситуации.

— Уговорила, давай адрес искать.

Адрес найти было не сложно, а вот добраться туда уже не так просто. Джон Скорсезе заведовал фирмой под интригующим названием «Гермес», которая правда продавала сантехнику. Я напряг память, но так и не понял какое отношение древнегреческий Гермес мог иметь к унитазам и раковинам. Тогда бы уж Посейдоном назвали. Тот хоть водой повелевал. Ну да ладно, не нам судить за кривые названия.

— Туда минимум две пересадки, — вот что волновало меня в первую очередь. — Может пешочком?

Катя заглянула через плечо в экран телефона.

— Одиннадцать км? — уточнила она. — Не, у меня босоножки не такие удобные. Да и дойдем мы только к ночи, а вламываться впотьмах уже не так уж и законно.

Я тяжко вздохнул:

— Чего не сделаешь ради дела. Ладно уж, собирайся, пойдем-поедем.

Ну вот и наш повелитель ванн и раковин предстал во всей красе. Вернее, его обиталище: офис на краю города все еще пытался быть презентабельным, но выходило у него уже не очень.

Обделанный белым пластиком, он кое-где уже был обделан и голубями, а за углом и вовсе непристойными граффити. Два этажа, зато отдельное здание, а не кабинет в каком-нибудь бизнес-центре «Успешный успех», так что можно считать достижением. Пока мы шли с остановки, я уже отошел от поездки и был вполне бодр, несмотря на позднее время: уже часов семь, наверное.

Все окна были закрыты жалюзи, признаков жизни не видать.

— Я же говорил, надо было завтра ехать, закрыто вроде.

Катя подошла к двери и надавила на ручку, к моему удивлению, это сработало. Мы зашли внутрь. Нос уловил знакомый аромат перегара, я завертел головой и наткнулся взглядом на крепко спящего мужчину за стойкой, перед ним мерцал монитор. Охранник. Ну и пусть себе отдыхает человек, чего его тревожить зря, может шефа поминал, перебрал немного, с кем не бывает. Слева я заметил лестницу. Я кивнул на нее и пошел вперед.

Второй этаж встретил нас темным коридором, лампы не горели и мы не решились зажечь их, а тускнеющего света дня из единственного окна в конце коридора едва хватало, чтобы прочитать надписи на дверях.

«Служебное помещение», «Отдел кадров», «Заместитель директора», туалет — все не то. А вот это уже получше — «Генеральный директор Дж. Скорсезе» гласила позолоченная табличка. Ну или скорее покрашенная под золото.

Здесь трюк с дерганием ручки, к сожалению, не прошел, потому что дверь была закрыта.