Сводная проблема демонолога

Дескать современная молодежь вещи совсем не ценит! А я честно пыталась складывать! Полвечера угробила, а оно сама все помялось и перемешалось. Я не виновата, просто не приспособлена к порядку. У меня всегда хаос и в шкафу и в голове! Это тоже не я сама придумала. Это мне в приюте сказали.

Очень хотелось огрызнуться, но я молчала. Спорить с Несси себе дороже. Вот вроде бы прислуга, но на ней держится весь дом. Несси это знает, за словом в карман не лезет, и чуть что грозит уволиться, приходится молчать и терпеть.

Разложив мои вещи, Несси позвала несколько девушек, которые должны были помочь мне с укладкой и макияжем, и лично засунула меня в платье, затянув потуже корсет. Вот честно, я думала, у меня глаза из орбит вылезут, но нет, вроде бы удержались на месте. Но дышать стало определенно сложнее.

И взгляд стал, что не скажет наша классная дама из пансиона, выразительный. «Такой определенно понравится потенциальному жениху». Ну как у кошки, какающей в хозяйский ботинок. Не знаю, какому жениху подобное могло понравиться.

Мужчины, которые попадались на моем пути, обычно были чуток умнее. Но, возможно, потому что все мужчины в моей жизни — это папа и его друзья, которые мне, естественно, в силу возраста казались умнейшими людьми. А потом я выросла, и меня стали допускать на взрослые мероприятия, и эта твердая уверенность пошатнулась… но это совсем другая история.

Задумчивость, в которую я впала, помогла мне почти безболезненно вынести все подготовительные экзекуции, такие как затягивание корсета, втыкание колючих шпилек в затылок (видимо, старались воткнуть их так, чтобы они входили сзади в голову и изнутри придерживали выпадающие из орбит глаза, которые вылезли при затягивании корсета) и завивка горячими щипцами.

Зачем столько страданий, перед тем как поесть и выпить бокал шампанского на людях!

Впрочем, вечерний прием в честь моего возвращения был не самой большой проблемой. Мне совершенно не нравилось, что я снова вижу Уттуку. И сказать я никому ничего не могла.

Знала, что таким, как я, которым мерещится разная дичь, после пансиона светит только лечебница для душевно больных. А я совершенно не хотела, опоенная зельями, подавляющими магию и волю, завывать сидя на подоконнике перед зарешеченным окном в широкой белой ночной рубашке, когда всклоченные волосы развеваются за спиной. Образ вышел настолько жуткий, что меня передернуло.

Нет уж! Никому и ничего я не скажу! Я не маленькая и со своими проблемами разберусь сама.