Жена алого императора

Она так сильно хотела освободиться от ордена, что согласилась играть по их правилам. После краткого, но печального бунта сделала вид, будто сдалась. Прилежно училась, слушалась наставниц. Но училась она для того, чтобы найти выход. Как мы знаем, избавиться от метки крайне сложно. Если не сказать «невозможно» без связи с раахом. Способ снять метку Алоэна не нашла, но метка ставится на тело, поэтому… она решила сбежать хотя бы душой.

В глазах Анаасга вспыхнула искра догадки, смешанная с лавиной неверия.

– Алоэна воспользовалась одним ритуалом по обмену телами.

Правда, ритуал пошел несколько не так, как был запланирован. Душа Алоэны обменялась не с выбранной ею жертвой, а с женщиной из другого мира.

Светлейший явно хотел что-то сказать, но вовремя остановился и снова промолчал. Я продолжала:

– К сожалению, женщина в момент ритуала умерла. Поэтому для души Алоэны не оказалось пристанища. Но вторая часть ритуала прошла правильно – я, Станислава Дорохина, жительница другого мира, оказалась в теле Алоэны.

– Но… как же так… – прошептал Анаасг.

– Бедная Алоэна… сколько же ей довелось пережить…

Каким-то шестым чувством я ощутила, что не должна говорить о богине. Эроан знает – и этого достаточно. Несмотря на то, что Анаасг – дядя Алоэны, его явление богини не касается.

Сказала иначе, все же желая немного смягчить страшные слова:

– Я видела Алоэну. Она не задержалась в моем родном мире. Но и вернуться в это тело, отказавшись от него, Алоэна уже не могла. Она ушла дальше. Туда, куда уходят души всех умерших.

Она ушла в сиянии чистого, теплого света, Анаасг.

Светлейший отпил горячий напиток. Снова помолчал, теперь уже не по моей просьбе.

– Значит, Стася, – заключил он. Взгляд светлейшего потяжелел. – Это твое настоящее имя, оно не было выбрано орденом.

– Да. Так меня назвали родители. Мои настоящие родители. Алоэну в ордене называли Алоэной – у нее не отнимали имя.

– Значит, только имя. Имя – единственное, что у нее оставалось… – прошептал Анаасг. Снова посмотрел на меня. – Чего ты хочешь, Стася?

– В каком смысле? – не поняла я.

– Ты могла не рассказывать. Сказать, что у тебя отняли воспоминания – и достаточно, чтобы мы ни о чем не заподозрили. Никогда. В ордене, я так понимаю, тоже не догадывались.

– Нет. Они не знали.

– Эроан знает правду?

– Да.

– С какой целью ты рассказала мне?

– Я решила, что так будет правильно. Вы должны знать, что я не Алоэна. – Я поднялась, понимая, что сейчас говорить больше не о чем. Анаасгу потребуется время.