Ночь, когда пролились звезды

Все, что ей оставалось — беспомощно хлопать глазами и пытаться понять, как он сумел за одну секунду преодолеть такое расстояние и уложить ее на мат?

— Мертва, — послышался насмешливый голос, а сильные руки без позволения рванули ее вверх, заставляя вновь встать на ноги. — Еще раз?

— Да, — кивнула Летта, вновь согнув ноги в коленях. И на этот раз не сводила взгляд с парня. Его серый взгляд выражал высшую степень самодовольства.

— Любой каприз…

Не закончив фразу, Лиам вновь рванул к ней, пригнувшись к самому полу.

На этот раз она увидела это молниеносной движение, но и это не спасло ее. Резкий удар по голени, непроизвольный вскрик, и теперь она лежит лицом вниз, а на потертый мат стекает то ли пот…

То ли слезы.

И снова ее грубо дернули вверх за плечи.

— Убита.

— Еще раз, — упрямо повторила она, сгорая от нового для себя, но такого кристально понятного желания — ударить его в ответ.

— А ты настырная, — удивленно вскинул брови Лиам.

И вновь не стал терять времени зря. Летта сразу метнулась в сторону, но он тут же поймал ее за руку и моментально оказался сзади, заламывая ее.

Летта приглушенно замычала, чувствуя, будто ее рука вот-вот оторвется от плеча. Из глаз хлынули горячие слезы. А он продолжал тянуть, прижавшись торсом к ее спине. А после ее затылок обожгло чужим дыханием. Ничего отвратительнее она не ощущала.

— Больно? Может, хочешь, чтобы я отпустил?

Летта хотела что-то сказать, но лишь протяжнее замычала, прикрыв глаза и невольно поднимаясь на цыпочки. Если это то, что ждет ее там, снаружи…

— Я еще не закончил, — его голос звучал одновременно тихо, и оглушительно громко.

Казалось, что все ее эмоции и чувства сосредоточились в той точке, где руку прожигало немыслимой болью. И не было больше ничего, кроме этих ощущений, и его ледяного равнодушного голоса.

Когда он отпустил ее руку, ей казалось, что все самое страшное позади. Но уже через мгновение он пнул ее по обратной стороне коленки, и такую боль она не ощущала ни разу за всю свою жизнь. Вскрикнув, она начала заваливаться вперед, но он тут же поймал ее за волосы и потянул назад, заставляя с грохотом приземлиться на спину мимо мата, прямо на жесткий скрипучий пол.

А сам навалился сверху и застыл совсем рядом с ее лицом, которое непроизвольно кривилось от боли.

— Ты труп, — прошептал он ей прямо в упор, обдав губы и щеки горячим дыханием, которое резко пахло спиртным. Открыв глаза, сквозь пелену слез и боли, Летта увидела его глаза. Серые и абсолютно равнодушные.