Ассасины. Твое противоядие

Я отодвинулась от него и принялась себя осматривать, будто это самое важное на свете. Мой наряд очень важно.

– Я угадал! – вдруг неожиданно он сказал.

– Что? – напряглась я.

– Ты игрушечный ассасин.

Его сверкающая улыбка была вообще не к месту, и я опять захотела врезать. Но не так сильно. Своими шутками, вызывающими мое раздражение, он разрядил обстановку. Я уже почти выдохнула и подумала, что не так уж он и плох, и я благодарна за эту непринужденность, как он снова все испортил.

– Тут нет поручня, – он указал на место в ограждении, где не хватало той самой высокой рейки.

Внимательный гад!

Я подошла и принялась осматривать это место. Кажется, я была в истерике после всего, что забыла о такой маленькой вещи. Эндари провел руками, прана слегка вышла из его рук голубым паром, похожая на языки пламени как в газовых плитах.

– Что считываешь? Как ее сломали?

– Такого она не покажет, – ответил он, и мое сердце снова отлегло. – Но… она может найти следы крови. Даже если ее смыли водой.

Он нахмурился и приблизился, понюхал поручень.

Ну что за идиот?! Железо-то ему зачем нюхать? Он взмахнул руками, будто стряхивал простынь и опустил их на землю, еле видимый пар прошелся по поверхности.

– Хм…

– Что-то не так?

– Я задумывался над тем, что на месте убийства нашли лишь одну каплю крови. Я подумал, что все логично. Помыли водой или хлоркой.

– Да, будь я убийцей, я бы тоже не стала оставлять следы, – покивала я головой.

– Иногда можно оставить след, тем, что не оставляешь следы.

– То есть? – непонимающе я его спросила.

– Единственное, что прана не поможет считать и найти следы крови для дальнейших действий… это если поверхность обработать запечатывающим разрушением. Это…

– Я в курсе, что это. – Мой ответ был полон высокомерия, служил напоминанием тем, что я медик-химик, специалист по ядам, а не игрушечный ассасин.

– Тогда ты знаешь, что у нас мало времени.

Он засуетился, достал мобильник и тут же начал писать кому-то. А я считала в уме цифры. Запечатывающее разрушение – раствор, который покрывает поверхность, и не дает проникнуть никаким веществам, ни внутрь, ни обратно.

То есть взять на экспертизу почву бесполезно. Как выяснилось прана тоже не может пробиться сквозь его слои. За двадцать четыре дня вся органика уничтожается, кровь, волосы и прочее. На двадцать пятый верхний слой открывается, но уже ничего нельзя взять. Можно разрушить этот слой, полив его распечатывающим раствором до двадцать четвертого дня.