Ассасины. Твое противоядие

– Ныряем! – скомандовал капитан.

Мы вошли в воду и поплыли к месту под мостом.

– Течение бурное, – сообщила я. – Что мы тут найдем?

Он не ответил и стал просто нырять, иногда всплывая на поверхность, от его рук шел голубоватый пар праны, он разжимал кулаки над поверхность воды, на лице было разочарование.

– Что ты ищешь?

– ДНК Рафиуса. Когда найду хоть каплю воды, содержащую его – надо будет проверить в анализаторе. Если будет достаточно – пойдем на берег. Если нет буду дальше искать.

Я кивнула. Прибор мог показывать результаты, если образцов будет достаточно.

А учитывая, что я развеяла лишь пепел. Он будет долго искать. Не найдет.

Но внутри что-то грызло. Было ощущение, что этому мужчине все под силу. Это и восхищало, и пугало одновременно, заставляя ощущать меня холод, даже несмотря на действие сыворотки.

Я легко держалась на поверхности воды, лениво двигая ногами и наблюдая, как Эндари иногда всплывает.

В очередной раз он всплыл слишком восторженный. Мое сердце упало в пятки. Он подплыл ближе и в колбу прибора что-то вытряхнул.

Просто вода?

– Тут есть его останки.

Я включила прибор, но лампочка для анализа не загоралась. Сердце вернулось из пяток.

– Мало, Эндари.

– Понял. Поплыли дальше.

Я еле заставила себя кивнуть и поплыла с прибором за ним. Мы отдалились от моста на километр, наверное. Мышцы ныли, особенно после тренировки, но я держалась. Я все-таки не игрушечный ассасин!

Эндари нырял глубже, стал дольше задерживаться под толщей воды, чем, когда мы были около моста.

Неужели он прямо до дна доплывает? Он продолжал делать одно и то же: поднимался и опускался, заглатывая на поверхности как можно больше кислорода.

Мои надежды не оправдались. Видимо, жить моему глупому сердцу в пятках, а не в груди.

Я пристально следила за временем. За пять часов плавания, Эндари возвращался ко мне семь раз, и каждый из этих раз светящимися голубым цветом руками отправлял образец в колбу. И на последний подплыв прибор оказался готов показывать результаты. Образцов хватило.

Его глаза довольно блестели. Я неуверенно улыбнулась ему, лелея надежду, что мой вид не вызовет у него лишних вопросов. Действие сыворотки заканчивается, я замерзла. Только в этом же все и дело. А вовсе не в том, что мне, правда, было страшно.

– Что показывает? – спросил он.

– Для более точных анализов, нужно будет проверить еще в другом аппарате. Но пока я вижу… что это не кусочки тела. Это пепел.

– Значит его сожгли.

– Да, – тихо ответила я.