Иван Змеевич и Краса Ненаглядная

О счастье для других мечтаешь. Я тоже таким был. Теперь понимаю, что людей много, а счастья - мало. Хорошо, если оно ко мне одному придёт, а может и не прийти.

***

Афтандил приезжать к Дмитрию в терем отказался. Гонец вернулся и передал слова: «Сказал старец, что когда он был молод, то царям кланялся, а теперь состарился, и спина его не гнется». Дмитрий скривился и ответил, что не бывать такому, чтобы на поклон к простолюдину царский сын ходил, а Ваня встрепенулся и посмотрел просительно.

— А мне ох как надо переговорить со стариком.

Может, он путь-дорогу до острова Буяна укажет. Ведь я и впрямь не знаю, в какой стороне искать его. Поди туда, не знаю, куда. Принеси то, не знаю что.

— И как только отец тебя отправил с поручением! — удивился Дмитрий, — Видно совсем умом плох. Это же скитание бродяжье и верная погибель. Поедешь ты к Афтандилу да увидишь, что тот из ума выжил, а осталась в нём только спесь да гордыня. Сам он никакого Буяна сроду не видывал. Говорят, что каждый, кто туда попадает — назад не ворочается.

— Как так? — изумился Ваня.

— Будто бы там есть всё, что для счастья нужно. Потому Змея Огненного и не победить. Заманивает он к себе, одурманивает ласковыми речами, сулит богатства и радости любые. Так человек становится его рабом, постепенно и семью, и друзей забывает.

— А отец не говорил мне ничего… Повелел отыскать остров Буян, украсть молодильные яблоки, чтобы исцелить и его, и матушку. Может, и не знал он ничего про тот остров…

— Может, и не знал, — с сомнением протянул князь и тут же спохватился, — а скорее всего, думал, что душа твоя добрая и светлая, и потому искуса у тебя не будет.

О долге своём не забудешь и в скорости домой вернёшься.

Всё-таки уговорил Ваня старшего брата отпустить его к Афтандилу и дать провожатого, но заметил, как погрустнел Дмитрий, омрачилось его лицо. Перед выездом из княжьего подворья, где Ваня уже гостил целую неделю, заглянул царевич в горницу к Красе. Он застал её за прялкой в кругу таких же девушек и узнал не сразу.

Новый голубой сарафан и вышитая по рукавам и вороту рубашка, а главное — короткие сапожки вместо лаптей. Русая коса плотно заплетена, на лбу — аккуратная лента в тон сарафану. Понравилось Ване, что уважили его подругу. Как только он в горницу вошёл, девушки порскнули в стороны, побросали веретёна. Крася подняла несмелые глаза.

— Как ножка твоя?

— Зажила. Ключница такую мазь мне дала, что я к утру и забыла о ранке.