Сделаю тебя своей

Я словно внезапно утратила тело и повисла в воздухе бесплотным духом, чувствуя только острую боль и невероятное сожаление.

Зачем он это сказал? Как жестоко! А ребенок поверил!

— Мама! — крикнула она, бросилась ко мне и крепко вцепилась чуть выше колена. — Почему тебя так долго не было? — сказала, пронзительно всматриваясь в глаза. Детский взгляд ни с чем не перепутаешь. Чистый, откровенный, естественный, без налета лукавства.

Утонула в ее взгляде, чувствуя, что невольно улыбаюсь. И ощутила сильную боль, раздирающую изнутри.

Словно все мои раны открылись, переломы обновились и снова болят.

И не знала, что сказать малышке, так доверчиво ко мне прижимающейся. Не моей! У меня больше не может быть детей. В аварии случился разрыв матки, проникающая рана в живот.

Меня зашили, кое-как починили, но это восстановить невозможно. Я не могу рожать, не смогу создать семью. И в этом виноват Ярый! Как и в обмане, который сейчас затеял.

Он только усугублял свою вину, сказав:

— Злата, ты ведь хочешь, чтобы мама осталась? Давай ее попросим, — уговаривал малышку.

А я стояла и не чувствовала тела. Закаменела, утратив способность к движению. Солнце палило, ласточки все также летали в высоте, проносились горячие, сухие порывы ветра, а я словно оказалась в ледяной пустыне по колено в снегу. Вьюга, колючий снег и безысходность.

— Мама, ты же останешься с нами? — доверчиво спросила малышка, следуя словам мерзавца-папаши.

— Это твой ребенок, — сказал он, обрушивая на меня лавину удивления.

Реальность пошатнулась, я не справлялась. — Твой материал взяли в клинике, а выносила суррогатная мать. Помнишь, тебе удаляли полип? Тогда и взяли.

Малышка продолжала жадно обнимать мое колено, будто боялась, что исчезну, испарюсь, и не желала отпускать. Смотрела так открыто, бесхитростно, что на глаза наворачивались слезы.

— Когда решил, что мне нужен наследник, стал думать о кандидатуре донора материала. Смотрел все предложения, но мысли были только о тебе. Ты казалась идеальной, правильной, настоящей.

Не удержался, выбрал. А в клинике все устроили, — рассказывал он.

В его клинике все устроили! А же лечусь только там, у нас соглашение. Они могли, да. Были все возможности. Прикрыла глаза, чувствуя, как стучит в висках и бьется сердце.

Какого ты это затеял, Ярый? Почему просто не нашел себе жену, а решил выделиться?

— А теперь понимаю, что один не тяну. Нужно он них заботится, заниматься воспитанием. Есть еще сын, ему скоро годик.