Похищенный дар

Мы полагаем, что он может быть связан с Академией Магической Военной Службы или даже с нашей организацией или ей подобными. Со слов выживших очевидцев, убийца может копировать как чужую магию, так и обычные человеческие способности и данные, вроде хорошего слуха. Более того, неизвестно, как ему удается появляться на месте преступления и сбегать оттуда. Мотив его злодеяний не установлен, среди жертв не обнаружен единый паттерн. Все они были разного пола, возраста, имели разный достаток и так далее. Разве что многие из них были выдающимися людьми в области своего дела или занимали высокие должности и посты.

Что особенно примечательно, убийца может неограниченно отбирать магию. Он способен лишить свою жертву волшебной силы, и это не та же способность копировать. Отнятая магия просто испаряется. И при чем он может лишить колдовства более одного человека, — Фоксанн выдержал паузу. — За раз.

По залу прокатился гул перешептываний: «В смысле больше одной?», «Две способности у одного человека?», «Чего он хочет?»

Брианн лишь ошеломленно хлопала глазами, потеряв дар речи.

Убийца буквально превзошел «Магический закон единства», согласно которому один человек мог обладать лишь одним видом магической силы и накладывать заклинание лишь на одно существо или предмет. Этот постулат касался всех живущих, и никогда в мире не было прецедента, чтобы кто-то сумел его нарушить.

— Использовал ли он артефакты? — вмешался высший мастер.

— Мы не исключаем такую возможность. Но «Магический закон единства» распространяется и на них.

Если он отбирает чужую магию с помощью артефакта, то как ему удаётся делать это более чем с одним человеком? Даже запирающий металл, из которого сделаны наши наручники, не способен лишить силы более одного существа за раз, — ответил Фоксанн.

— Умирают ли люди, лишённые магии?

— Нет. Судя по всему, жертвы не теряют связь со своим волшебством. Этот человек убивает их собственноручно.

— Если он может копировать чужую магию и отбирать её, зачем ему убивать? Ни для одной из разновидностей этой магии не требуется лишение жизни.

— Этого мы, к сожалению, не знаем.

Вновь повисла липкая тишина, тиной опутавшая собравшихся. Все, помимо верховного совета, беспомощно переглядывались, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы на лбу товарища. Каждый молчал.

Брианн нервно сжала край своего кителя и поджала губы. К такому она не была готова, и не было ничего на свете, что нервировало бы её больше, чем неизвестность и невозможность контролировать ситуацию.