Моя сводная ведьма

Забираюсь с ногами, задергиваю штору, отгораживая себя от внешнего мира, и смотрю на то, как темнеет за окном, и зажигаются фонари на набережной. Река Кейра, разделяющая  город на северную и южную части, почти прямо у меня под окнами. Здесь она неширокая, и я вижу другой берег, свет в окнах, вывески, фонари.  И, кажется, могу любоваться этим видом бесконечно.

Взгляд цепляется за хищную осу, припаркованную под окнами. Хромированные бока,  обтекаемой формы бак и руль-усы, а внизу почти незаметные сотканные из чистой энергии крылья.

Красивая, словно живая. Интересно, чья? Впрочем, кажется, я знаю ответ.

Из дома на тротуар выходит парень. Я вижу черную макушку и инстинктивно сжимаюсь на подоконнике, но не могу заставить себя спрятаться за шторой в комнате.

Черная кожаная куртка нараспашку, белая майка с широким воротом. Ян садится на осу и трогается с места.  Описав полукруг, поднимается до уровня окон первого этажа и поворачивается в мою сторону. Я на третьем, но хорошо вижу лицо парня.

Поспешно соскакиваю с подоконника и ныряю за занавеску, а когда решаюсь снова выглянуть в окно ни Яна, ни осы на улице уже нет.

Мне неловко от того, что он меня видел. С другой стороны, я ведь имею право смотреть в окно и уж точно не могла узнать, что он в этот момент куда-то соберется. Почему же тогда нервничаю?

Дома тихо,  и эта тишина  непривычна. Меня всю жизнь окружали люди и посторонние звуки. В  приюте я делила комнату еще с несколькими девочками.

Комната была небольшая, стены тонкие, поэтому тихо никогда было, а сейчас я понимаю, что  мне грустно и тоскливо. Даже поболтать перед сном не с кем. Еще рано, но решаю отправиться спать сейчас.  Я устала с дороги и все равно нечем заняться.

Я  очень скучаю по своим девчонкам, но магфона у меня нет, поэтому и связаться я с ними не могу. Нет, мы в приюте жили не как в каменном веке, но  и лишнего позволить не могли. Когда за три дня до моего отъезда у Сабины сломался магфон, и она потеряла возможность выходить на связь со своим братом, который сейчас лежит в госпитале, я отдала ей свой.

Посчитала, что подруге он нужнее, а меня ждет новая жизнь. Не то что я рассчитывала, будто мне тут все купят, но хотелось сделать подруге прощальный подарок.  А я сейчас осмотрюсь и, возможно, получится устроиться на работу. Я теперь не послушница жреческого приюта, а значит, мне можно подрабатывать.