Моя сводная ведьма

Отец… он, кажется,  искренне желает мне добра и пытается проявлять участие, только выходит не очень. Мачеха… она недовольна, но сдерживается. У нее нет цели показать мне, что я пустое место, но я не дура и сама это чувствую. Без чьей-либо помощи.

Для меня все это в новинку.  Я всю жизнь провела в приюте и поэтому тут чувствую себя жалкой и чужой. Я никогда не впишусь в этот мир!

– Ничего, – излишне бодро говорит Лирая (мне официально приказано называть мачеху именно так), когда слуги уносят со стола посуду.

– Мы справимся.

Только вот по ее тону я чувствую – вряд ли. Но не спорю. Зачем? Не люблю тратить слова, если они ничего не смогут изменить.

– Иди, отдыхай, – говорит папа и, чуть замешкавшись, добавляет. – Дочь. Тереза! Проводи Агнию в ее комнату.

Выдыхаю, испытывая облегчение от того, что меня отпускают. Хочется хотя бы чуть-чуть глотнуть свободы, а то голова кругом. Впрочем, возможно, виной всему почти сутки в дороге. Я привыкла превозмогать. Смирение и терпение — то, чему учат будущих жриц, но сейчас признаюсь себе – я устала.

 

Когда встаю из-за стола, наконец-то, могу рассмотреть дом. До этого я находилась в таком напряжении, что отмечала только видимые препятствия – ступени, на которых могла подвернуть ногу, колонны и открытые двери, в которые, задумавшись, непременно влетишь  лбом. Сейчас же понимаю – я попала в роскошный дворец.

Зря думают, что приютские ничего не видят. Видят, особенно те, кто в дальнейшем должен стать жрицами.

Мы каждое лето ездили в паломничество по храмам, у нас были культурные мероприятия, но я и представить себе не могла, что кто-то живет в такой роскоши постоянно. Да,  дворцы, где я была с наставницами на благотворительных вечерах, не уступали этому дому, но я их воспринимала… как ресторан, зал для приемов?  Короче, они никогда не воспринимались, как дом! То, что я однажды смогу в таком жить? Я об этом даже не думала! Да и сейчас происходящее со мной не кажется прекрасной сказкой. Я напряжена и ожидаю подвоха.

Тереза не смотрит на меня, мне кажется, я для нее существо низшего порядка, которое случайно завели хозяева,  поэтому я не начинаю разговор. Просто следую за полной женщиной на третий этаж. Лестница широкая, с дубовыми перилами и мраморными ступенями.  Портреты на стенах. На одном из них вижу уже знакомого темноволосого парня со злым взглядом,  на его руке черный распускающийся цветок – символ некромантии.