Лунный терциант

"Что ты там делала? Ты встречалась с мужчиной? Ты тайком встречалась со своим любовником?"

"Думаешь, теперь, когда ты стала солдатом, я не смогу превратить тебя в лепешку?" Лина вцепилась в его руку, пытаясь вырваться из его захвата, но не смогла.

"Я уже не тот паренек", - передразнил Мэтью.

"Мог бы меня и обмануть". Лина шутливо стукнула его по руке, и он, изображая боль, притворился раненым и отпустил ее, в то время как Лина ворчала, глядя на его воображаемые страдания.

"Мэтью, Лина, вы ведете себя как дети".

Изабелла вздохнула.

"А ты ведешь себя как заносчивая царевна", - подколол Мэт, потрепав идеально уложенные волосы Изабеллы.

Завязалась трехсторонняя драка: дергали за волосы, щипали за бока, а закончилось все тем, что Мэтью скрутил Лине руку за спину.

"Ой, ой, ой", - жалобно застонала Лина. "Ты причиняешь мне боль".

"Расскажи мне, что произошло прошлой ночью, и я решу, стоит ли тебя освободить".

"Я тоже хотела бы знать, что Лина посчитала более важным, чем встреча с представителями посольства".

Спокойный голос матери прервал их игривое шутовство.

Мэтью отпустил ее, и Лина разгладила свои растрепанные волосы, избегая взгляда матери. Но она не могла избегать его вечно. Медленно она подняла на нее глаза, и безмятежное выражение лица матери ничего не говорило о ее реальных чувствах.

"Мама!" воскликнул Мэт, бросился к ней и обнял. "Ты выглядишь еще лучезарнее, чем когда я видел тебя в последний раз. Сияние Солнца блекнет по сравнению с твоей красотой".

"Даже не пытайся", - сказала матушка, погладив его по щеке со счастливой улыбкой.

Мэтью всегда умел успокаивать матушку, когда она была чем-то огорчена.

Лина посмотрела на Изабеллу, умоляя ее взглядом вмешаться.

"Я сделаю все, что нужно", - прошептала Лина.

Изи качнула головой. На этот раз они не могут ее спасти.

"Лина? Нам нужно поговорить", - сказала мама.

"Да, мама".

Лина шла следом за матерью по лабиринту из живых зеленых изгородей, ее плечи опустились. По извилистой тропинке, усаженной зелеными стенами из живых растений, она преодолела путь к небольшому фонтану, в центре которого стояла статуя Цереры, с кувшином, из которого лилась бесконечная вода, как будто Церера желала разлить здесь сплошное моря от горизонта до горизонта.

Вода из фонтана приносила дыхание прохлады и облегчение от жгучего солнца, когда Лина повернулась к матери, сидевшей на белой мраморной скамье. Придворные стражи матери остались позади, закрывая проходы, чтобы не пропустить никого к ним.