Постучи в семь дверей

Я прямо посочувствовала барону. Все ждут от него решения семейных проблем, как будто он чудотворец какой-то.

Что деньги не берутся из воздуха, я прекрасно знала и помнила, как непросто было выкручиваться, когда внезапно расклеивались единственные туфли или ломался старенький холодильник, а до зарплаты ещё нужно было дожить. Помнила, как приходилось изворачиваться, одалживать, и как потом непросто было выбираться из долговой ловушки, ведь мои доходы больше не становилось, а расходы из-за привычек Павла только росли.

И мысленно пообещала себе, что постараюсь помочь семье сберечь деньги.

Правда, с тратами на мой гардероб ничего придумать не вышло. И баронесса, и госпожа Карин явно лучше меня разбирались и в нарядах, и в допустимой в обществе экономии на них. По кислой физиономии модистки легко читалось, что дамы, выбирая ткани и фасоны для большинства платьев, останавливаются на эконом-варианте. Но для королевского приёма денег не жалели. Похоже, блистать во дворце семья Гартис просто обязана. Ради этого, как я поняла, они готовы пойти на любые жертвы.

– Милочка, ты не понимаешь, – похлопала меня по руке госпожа Карин, когда я после уходя портних робко заикнулась о том, что платье для приёма и бала можно было заказать и попроще. – Там соберутся все значимые люди королевства и будут смотреть на тебя. Станут оценивать, как ты одета и какие на тебе украшения.

– Им что, делать нечего? Какая разница, что на меня надето, если не нарушает приличий?

Госпожа Карин снисходительно посмотрела на меня.

– Во-первых, неподобающая одежда представляемой дебютантки оскорбляет короля, выказывая ему неуважение.

Заставляет всех думать, что род Гартис не считает для себя важным расположение монарха. Или род настолько ослабел и обнищал, что не может себе позволить приобрести всего два платья нужного уровня. Как понимаешь, ни то, ни другое мы не можем позволить думать о себе.

– Понятно, – я кивнула, соглашаясь с нею. – А во-вторых?

– Во-вторых следует из первого. Именно потому, что наш род сейчас переживает трудности, нам нельзя позволить думать о нас, как о слабых и бедных.

Как тогда Дикки потом найти подходящую невесту, а девочкам – женихов? Кто одолжит барону деньги? Если торговцы, эти шакалы, только заподозрят о том, что мы перешагнули грань, то уже завтра нас начнут осаждать кредиторы, тряся долговыми расписками.

Похоже, я права, и барон уже в долгах, как шелках, когда чтобы заплатить старые, вынужден делать новые. И выбраться из этого порочного круга сложно.