Пути океана: зов глубин. Книга вторая

Хриплое дыхание его прерывали приступы кашля.

Де Круа всмотрелась в темноту. Вопреки команде к бою, звуков его не слышалось. Только гул слабых криков. И многоголосый хрип. Де Круа не верила собственным глазам. Да чего там! Она до последнего не верила в успех всей затеи…

Селин проскользнула вперед через заслон.

— Птичка, назад!

—- Брут, Эхекатль не обманул! Дурная слава болот не из-за трясины, а из-за белого тумана, что вызывает удушье! Я приказала подмешать противоядие аборигенов во все наши фляги!

Глаза командора сверкнули.

Если им суждено будет выжить, виконтессу будет ждать весьма неприятный разговор.

— Всем по глотку из фляг — и в бой!

Гвардейцы как один выполнили приказ.

Де Круа торопливо сделала глоток из своей фляги .Травяной вкус варева островитян почти не ощущался.

— Пора! — приказ Брута прозвучал будто через толщу воды.

Готовые стоять насмерть гвардейцы Лиги Доблести начали добивать хрипящего врага. Превосходящий противник более не держался на ногах. Внезапно ослабевшие мейлонгцы словно младенцы, барахтались в ставших неподъемными легчайших доспехах.

Хаос их сражения с собственным облачением смешивал с тиной горделивые алые цвета.

Селин в оцепенении замерла в болотном сыром сумраке посреди побоища, оглушенная окружающей яростью, ужасом, ненавистью и отчаянием. И упрямством своих бороться до конца. И чем больше она видела, тем сильнее нарастала в ней сила собственного голоса. Истошный кашель и хрипы стали какофонией, аккомпанирующей ее финальному аккорду.

Стоялая вода клокотала.

В поднявшейся панике десятки людей в алых доспехах шатко топтались, сталкивались друг с другом… Тускло-серебристая Лига Доблести потихоньку просачивалась между ними. И островитяне. Пестрые в свете факелов боевые раскрасы мелькали то тут, то там и скрывались в тенях…

Непобедимое войско бесчисленного Мейлонга имело жалкий вид. С ног до головы спрятанные в яркую броню мужчины хрипели, срывали шлемы и держались за горло.

Она вскарабкалась, цепляясь за ветки на выступ скалы и изо всех сил закричала:

— Живым останется тот, кто присягнет Альянсу Негоциантов и лично мне, Селин де Круа!

Она поискала глазами переводчика.

Мейлонгца держал тот самый огромный гвардеец в латах. На секунду Селин показалось, что цвет наручей у здоровяка-телохранителя различается. Гвардеец явно сам едва стоял на ногах, но словно по приказу хорошенько встряхнул бедолагу переводчика, приводя в чувство. Тот срывающимся голосом прокричал что-то на мейлонгском.