Пути океана: зов глубин. Книга вторая

Вместе с агонизирующей от чумы Верденой, позади осталась и прошлая жизнь.

Впереди же перед Виталом, сквозь безграничный горизонт, усмехалась неистовая и страшная свобода.

Никогда ещё он не чувствовал так остро и так ошеломительно, как врывается на гребне волны в будущее, в котором не было ничего, кроме изысканных форм смерти, милосердно развернувшей свои объятия во всех направлениях времени.

И единственными ориентирами мерцали обостренные инстинкты морехода и найденная среди пиратских флагов в трюме карта архипелага Скрытых Штормов .

известного для гильдийцев нехорошей славой бухты под именем “Кладбище кораблей”.

Их уже наверняка хватились, и погоня с участием военных галеонов Гильдии, вооруженных по самые грот-мачты, стала только вопросом времени.

Времени, утекающего по каплям.

Оторваться от преследователей. Найти прибежище. Перевести дух.

Выдохнуть и понять, что же дальше.

На бортах его маленькой флотилии, хвала Бездне, оставалась артиллерия. Вот только корабельные арсеналы были пусты.

Витал угрюмо достал из-за пазухи педантично сложенный лист и развернул. Бумага зашуршала на ветру. Один из чертежей, что ежевечерне доводил до ума. Он сделает свой флот таким, каким мечтал. И если уж ему и его ребятам суждено жить теперь вне закона, он сделает всё, чтобы с ними считались по обе его стороны.

Ползущая где-то очень высоко муть поедала угасающий свет. Стремительно темнело.

Пасмурная линия горизонта таяла в серости вдалеке, и казалось, граница неба и вод размыкалась.

Солнце умирало в плотных низких облаках, и этот закат был таким грузным и таким жёлтым, что его тусклый свет не обещал нового рассвета.

Заворожённый картиной неба, Витал, всё не мигая, смотрел в точку заходящего светила.

Завравшийся самому себе идиот. Его судам не суждено стать и близко к его идеям. Их настигнут и расстреляют, а сам он вместе с экипажами будет болтаться на реях.

В небе что-то случилось.

Уходящее солнце, загромождённое кучевыми облаками, вдруг прорвало дымку и из последних сил ударило в бледную желтизну неба потоками света.

Игра марева позолотила края облачных глыб и разметала в глубоких тенях солнечные лучи.

И были они чёрного цвета.

Он грустно усмехнулся. В его новом мире, полном соперничества за горсть монет, оплаченном жизнями тех, кто уже никогда не сожмёт их в кулаке, солнце может быть только чёрным.

Пусть так.

***

Из водной глади клыками неведомого хищника потихоньку поднимались скалы.