Пути океана: зов глубин. Книга вторая

Прозвучало по-птичьи резкое, с грубым говором:

– Из стихийных будешь… Твой белый колдун конечно говорил, что ты полукровка. Но чтобы из наших..

Стараясь не шуметь – насколько такое вообще было возможно в полном доспехе – палец Брута скользнул на курок. Роскошные формы девицы на мушке покрывали подозрительные рисунки. При ходьбе полная грудь дикарки покачивалась. Брут вгляделся. Выглядела её кожа так, будто секли плетьми, да с умыслом. Чтобы красиво? Или как? Выпуклые узоры с острыми загогулинами ползли по шее, раздваивались на плечах, растраивались по лопаткам, учетверялись на грудях, ну а к промежности так множились, что…

Кабы не наруч, руку он потерял бы мигом.

Невиданной силы удар прилетевшего булыжника хлестнул по мушкету, да так, что Брута отбросило. Жуткая девка обернулась:

– Вас двоих здесь вообще быть не должно!

Так вот какие тут водятся дикари… У Брута заболело всё разом и во всех местах. Вот же занесло их…

Но при всей злобе ведьмы, взгляд ее был лишен интереса.

Как если бы кто-то отмахнулся от назойливого комара. Выразительное узкое лицо со злыми зелёными глазами таращилось только на Птичку. – Тебе что было велено, а? Одна приходи, тебе Фия сказала! А ты как сделала?! А?! А?!

Теперь Птичка уже выглядела как обычно, но так, будто только что пришла в себя. Она схватилась за собственную шею, с ужасом огляделась, застыв округлившимися глазами на их с Марсием окровавленных рожах, но, увидев незнакомку, таки взяла себя в руки и присела в реверансе, будто не в лесу, а во дворце.

– Селин де Круа, виконтесса, консул Альянса Негоциантов. Полагаю, вы – Фия?

– Угу.

Ведьма по-хозяйски собрала с земли горсть и принялась сердито мазать себе шею. Комья посыпались по коже, всё увеличиваясь в количестве, и вот уже тяжёлая попона до самых пят с шуршанием болталась на её плечах.

– Приношу изви..

– Фия тебе для чего велела одной приходить, бестолковая нелюдь, а?.

.

Глаза де Круа округлились от нахальства девицы.

– Д-да, для чего?..

– Да чтобы не осквернять священную землю! То немногое, что вы нам оставили. Гости, ставшие хозяевами.

Фия цедила сквозь зубы.

– Хотя чего вам, врагам... Вы – нелюди! Заявились как к себе домой!.. Свой порядок принесли! Растят везде черный больной цветок!… Радостная земля Да-Гуа от веку знала два десятка священных рощ.