Пути океана: зов глубин. Книга вторая

На обратном пути Селин не замечала ни хищных пастей растений, не вздрагивала от взлетающих из-под самых ног птиц. Казалось, лес расступался перед ней и её спутниками. Брут и Марсий шли молча, словно раздумывая над чем-то, понятным только им двоим.

Де Круа же не испытывала ни страха, ни облегчения. В груди разгоралось ровное пламя долга перед землей, которая стала на шаг ближе, чтобы однажды она смогла назвать ее своей.

Мейлонг. Знакомство их уже состоялось.

Но теперь ей предстоит новая встреча.

7.

Чжоуфу

Мягкое покачивание экипажа – или дело было в хмельном Ново-Верденском? – убаюкивало.

Едва кузина заговорила о визите в представительство загадочного Мейлонга, столицу Чжоуфу, он при шёл в тотальный восторг. Ещё бы! Прежний контакт их в виде морского боя определённо принёс интенсивные впечатления, но на этот раз Антуан весь извёлся в предвкушении более безопасных проявлений знаменитой экзотики.

За окном проплывали совершенно одинаковые в густоте своей зелени деревья.

Единственный собеседник, кузина со сдвинутыми бровями, всё не поднимала головы над уже какой по счёту страницей дневника. А кучер, шельмец, давно вырулил на ровную дорогу, казалось бы невозможную в этой дикой местности.

Антуан украдкой оторвал уголок от наспех смятого и засунутого во внутренний карман камзола документа. Не то указа, не то приказа – кто их разберет… Скатал в шарик, сжал между пальцев, сощурился, прикидывая траекторию, и – пустил снаряд в Селин.

– Антуан Адриан Урсус Вильгельм де Сюлли!.

.

Выражение вящей кротости и смирения разумеется не отвело подозрения от его причастности к проказе – они были совершенно одни в экипаже – но и не вызвало и тени улыбки у сестры.

Будь на ней лорнет, по строгости кузина ничем не уступала бы их классной даме в юности:

– Если они так опасны, как о них говорят, нам следует держать ухо востро. Ты же – ведёшь себя, будто отправился на променад! Антуан, соберись!

Он немедленно сосредоточился. В последнее время кузина всё чаще была в разъездах, и редким аудиенциям у него во дворце предпочитала скучнейшие архивы.

И тем заметнее стало изменение её вкуса в гардеробе. Вопреки тяготеющему к жаре летнему сезону, платья её становились всё более закрытыми. И, о ужас, всё более простыми по крою.

Кузина отодвинула шторку, и кружево её рукава смешалось с незамысловатым плетением на занавеси.

Антуан занервничал.

Определённо, это всё дурное влияние викария Доминго.