Хорошая примета

Вот забег выдали!

Парень обернулся так резко, что я даже испугаться не успела, и в меня тут же уперлись два светящихся янтарных глаза:

— Тебе спасибо.

— За что?..

Клюшкарь быстро обогнул меня по крутой дуге и крикнул уже в спину:

— За победу!

Глава 4

За указанной дверью оказался очередной коридор, только на этот раз мощеный светло серой плиткой. Таблички с указанием направлений и секторов были здесь на каждом шагу, я подошла к одной из них, но как бы не всматривалась, буквы и цифры плясали в глазах незнакомыми символами.

По лбу скатилась капля. Я опустила глаза на грудь. Спокойно, сарафан не колышется так явно, как кажется, и сердце осталось на месте.

— Ч-чур меня...

— Мила, твою жуть за перемать! Тебя где носит?! Я чуть с ума не сошла, уже думали сгинула в этих лабиринтах!

— З!

— Чего?

— Заблудилась!

Ольга схватила меня за руку и куда-то поволокла. Ступенька, еще одна, и мы вышли к заполненным трибунам, где судя по гомону уже собралась вся академия. Ожидаемо, все местные студенты были в форменной однотонной льняной одежде и даже одинаковых пуховиках.

У девушек волосы собраны в аккуратные косы, на платьях лишь тонкие лаконичные узоры, а на юношах брюки и рубахи с похожими рисунками. О строгости местных правил мы хорошо знали, наши преподаватели частенько заикались, что пора бы их перенимать, и уравновесить разномастную институтскую солянку.

У прямоугольника игрового поля красовались «Лучи», а чуть выше, на местах сразу за ними, одногруппницы. Цветастые и сосредоточенные, как на контрольной.

Теперь наших бы я нашла даже без компаса, потому что они выделялись здесь, как клумба на поле стерни.

— Милослава, — строго осмотрела меня Есения, когда мы с княжной наконец-то добрались до своих мест и уселись. — Что случилось?

— Ничего, все нормально, просто заплутала чуток. У них тут все коридоры на одно лицо!

Деревянная решетчатая перегородка отделяющая нас от игроков содрогнулась, когда прямо на прутья заскочил шальной чернобровый клюшкарь:

— Нашлась пропажа! — заорал он, привлекая внимание всей команды.

Петр Степанович обернулся и пригрозил мне кулаком.

— Да ладно вам. Что тут со мной может случиться. Это же не глухая чаща!

— Да ну здрасте. Мы уж думали, тебя, такую сладенькую, кто-то съел!

Я только рот успела открыть, как по затылку шутнику прилетело клюшкой. Он взвыл и соскочил с ограды, выставляя свою клюку на манер шпаги.

— Вадим, отвали, — строго сказал ему Белогор. — Помело, а не язык.