Тяжелее горы. Легче перышка.

Тайри сначала показалось, что императору стало хуже, что у него сбилось дыхание и он кашляет, не в силах сделать нормальный вдох. К счастью, так выглядел смех. Рикарт смеялся, глядя совершенно ясными глазами на заросшие кустарником дюны.

- Тайо… как красиво они вас называли. А я - идиот, знаете? Монстр считает, что я редкостный болван, он хочет жить и жрать, а я ему не даю… Но идиот я не поэтому. Мне ведь исполнили все три желания! Три, разом, понимаете?! А я вот только что сообразил…

- Рикарт, вы зря тратите свои силы, да и мои тоже.

Проанализируете потом, когда все уладится.

- Простите, но я не могу удержаться. Я все мечтал увидеть, что такое ваша Тропа, побывать вне стен мира. Хотел остаться с вами наедине. И… вы не поверите, этой дряни, что грозила мне безумием, больше нет! - император все-таки задохнулся, закашлялся, и Тайри едва успела “подхватить” порвавшуюся нить, связать ее с Потоком и вернуть дыхание к норме.

- Помолчите, умоляю. Дома разберетесь, чего нажелали и как оно исполнилось, - устало сказала целительница, а про себя поблагодарила Вингшалью за щедрость.

Потоки магии, которыми был пронизан этот мир, подчинялись и помогали ей вполне охотно, а это в чужих местах большая удача. По всем канонам император уже должен был умереть от магического истощения, но Тайри как-то удавалось удерживать его по эту сторону Грани. Правда, давалось ей это все с большим трудом, и действие чар стремительно слабело.

Льофф застонал, пытаясь сдержать дрожь.

- Создатель, как же больно… будто меня живьем режут на куски.

Простите, моя леди, я сделался постыдно слаб и жалуюсь. На кой вам такой император, а?

- Прекратите, Рикарт! Иначе…

- Иначе ничего вы мне не сделаете. Я и так умираю, - этот невозможный Льофф улыбался. - Зато, как я умираю! Герои всех легенд обзавидуются. На берегу чужого моря, в объятиях чудесной женщины…

Целительница и правда обнимала его обеими руками, чтобы поддерживать магией, согревать и как можно лучше контролировать все изменения в теле пациента. Рикарт, конечно, бодрился, но все прекрасно сознавал.

Еще немного, и изменения с разрушениями станут невосстановимыми. Монстр, возможно, протянет дольше, но и ему нужно чем-то жить. Ну вот, вспомни чудовище, оно и проявится. Как его еще хватает, на такие-то фокусы!

- Тайри, не откажите умирающему, - совсем другим, низким обволакивающим голосом произнес монарх, - я сделал бы сам, но раз уж стал таким до отвращения беспомощным, то… Помогите мне сесть удобнее, я хочу больше видеть.