Три сестры. Анна

И встала я неудачно. Руку чуть не вывернула, даже красные пятна пошли, верный признак будущих синяков.

- Сейчас, сынок, я паспорт достану. Тебе ж, наверное, паспорт мой нужен? - голос у меня дрожал сейчас куда больше обычного.

- Да-да, бабуль, - уже уверенно осматривался по сторонам этот соцработник.

На звук выдвигаемого ящика секретера, он внимания не обратил. А зря.

- Нравлюсь? - уже куда более уверенно спросила я, перестав притворяться.

- Что? Кто? - обернулся мужик. - Эээ, бабка, ты чего?

- Кто-кто... Я про фотографию спрашиваю.

- Спокойно объясняю я, направив на соцработника наградной пистолет. - Сорок седьмой год. А это я. В мундире НКВД. Слышал? Вижу, слышал. Я конечно ветеран, и давно уже бабка, но из ума не выжила, продавать квартиру в обмен на халупу в бывших бараках пусть и с доплатой коту на сосиски.

- Бабка, да ты ох@ела что ли? - рванул он на меня и тут же упал, заскулив на всю квартиру.

- Я, юноша, из-под таких как ты самолично этажерку выбивала. Вешать-то всякую шваль потом уже запретили.

Патроны на вас тратили, расстреливали.- Говорила я, пока перезаряжала пистолет. Все-таки наградное оружие это не боевое. - Так что не дëргайся, а то одним простреленным коленом не отделаешься.

Приезда милиции мы ждали вместе. Я, сидя на стуле, Лихо, развалившийся на столе, и начинающий утробно рычать, стоило мужику пошевелиться, и сам мужик, скрючившись и скуля на полу.

- Бабушка, отпустите. Я никому не расскажу, правда! Я больше к вам не приду, - подвывал он.

- Да я уже сама всё рассказала.

Вон, милиция сейчас приедет. Что же я, зря ребят что ли сорвала? - усмехнулась я. - И прийти ты ко мне не сможешь, потому что уедешь за колючую проволоку. Сейчас на тебя столько висяков повесят, за три года показатели раскрываемости поднимем.

- Анна Тимофеевна, - уже скоро раздалось от порога, я же знала, кому звонить.

- Михаил, вы приходите, а то я нашего гостя одного оставить не могу, - крикнула я. - Дикий он совсем, невоспитанный. На старушек кидается, вон вся рука в синяках, пришлось защищаться.

По инстанциям меня, конечно, потаскали, чуть наградной пистолет не забрали. Но моё славное прошлое, возраст, синяки на руке и хорошо получившиеся на креме пальчики нападавшего сыграли свою роль. Хотя главным конечно было то, что пришедший ко мне разводила оказался весьма ушлым малым. Несколько девок из разных отделов соцзащиты сливали ему информацию о старушках лет так шестьдесят пять и старше, и у кого родни не было. По крайней мере здесь и близкой.