Попаданка и ректор. Убить нельзя впустить

Пусть и распластавшейся на крышке, с задранной юбкой, в результате чего все могли лицезреть белые рейтузы в крупный, красный горох. Дело в том, что обладательница этого колоритного нижнего белья высунулась в окно по пояс, наблюдая за падением инструмента – тот как раз врезался в подоконник и, мрагулка на него соскользнула.

Воссоединившись, рояль и мрагулка оттолкнулись от стены и застряли в кроне ближайшего дерева.

На академию опустилась тишина, всем было интересно, что скажет обладательница красного гороха. Мрагулка повела себя совершенно непредсказуемо для представительницы варварской расы перекрестья – она промолчала.

И тут же стала похожа на величественного сфинкса в пустыне Сахара. Такая же отрешённая от мира и каменная. Больше всех её величию поразились коты и запоздало попадали с крыши.

Принципиальная разница между скандрами и конкретным «неправильным» сильфом заключалась в том, что первые давали шанс спасти себя самостоятельно, а второй жаждал быть героем. Флимер обошел дерево по кругу, дождался пока Снежок пометит растение, и что-то с жаром принялся втолковывать хоккейной команде.

Акульи улыбки сменились на заинтересованные. Мне отчаянно захотелось выпасть в окно и остановить надвигающуюся катастрофу.

Скандры перехватили клюшки, с криком «Эх!» зацепили их за ветки и почти уложили дерево на землю. Коллективной силой они могли по праву гордиться. Однако дерево имело собственное представление о своём положении в мире и пространстве, и стремительно выпрямилась в прежнее положение. Катапульта сработала на «ура», и сфинкс в труселях в красный горох, отправилась бороздить просторы вселенной верхом на рояле.

— Красиво летят, — непринуждённо заметил ректор.

— Вы ещё скажите к дождю, — нервно ответила я.

Хоккейная команда дружно почесала затылки клюшками, глядя вслед убегающему сильфу.

Где-то вдали раздался грохот. В небо взметнулся столб пыли.

Громыхнула мелодия, отдаленно похожая на марш – похоже, в этом месте даже рояли начинали улавливать специфику сразу. Музыка оборвалась на торжественной ноте, после которой обычно начинается парад.

— Сильф уцелел! — печально сообщил неизвестный.

Вся академия грустно вздохнула. Неподготовленные умы могли подумать, что кто-то тут желал Флимеру гибели. Но это было не так. Все искренне надеялись, что «очередной его подвиг Геракла» докажет сильфу, что он настолько не Геракл, насколько я – не штангистка. Флимера быстро исцелят энергией жизни, которой тут лечили на раз – и отправят в его мир добровольно.