Душа демона. Искупление

С невероятной скоростью и силой щупальца скрутили его, а потом сжали так, что послышался хруст ломающихся костей. От боли ядовитый застонал, а остальные, почувствовав его агонию, ринулись на помощь. Но было уже поздно…

Единое сознание фантома ощутило тлетворную волну смерти, исходящую от умирающего, и тут же обрубило связь с гибнущим собратом.

Потеря оказалась невероятно болезненной. Оба оставшихся в живых тела фантома синхронно закричали. А на их лицах отразилась одинаковая гримаса муки.

В ожесточении морок вновь попытался атаковать тварь.

Однако смысла в этом уже не было. Яд сделал свое дело. И сейчас существо дергалось в конвульсиях, продолжая сжимать щупальцами бездыханное тело желтоглазого.

Гибель части себя отозвалась в едином сознании морока глухой печалью. Он больше не хотел чувствовать смерть. Ни свою, ни чужую. Но его желание было неосуществимо. Он понял это явственно, как только увидел бесчувственного хозяина. Тот, кто его создал, умирал. Его дыхание было слабым. Бледное лицо осунулось, а сердце стучало, как бешеное, то и дело сбиваясь с нормального ритма.

Вместе с кровью тварь вытянула из него практически всю энергию, восполнить которую своими силами хозяин уже не мог.

Фантому очень не хотелось умирать во второй раз, но бросить своего создателя он не мог.

– Моя жизнь – твоя, - тихо прошелестел красноглазый Нуф-Нуф, а потом склонился над неподвижным телом демона и вспорол вену на своей руке. Кровь, выступившая на светлой коже морока, свободно потекла по его запястью и пальцам, превращаясь в легкую полупрозрачную струю, словно состоящую из многочисленных частиц цветочной пыльцы.

Она была наполнена жизненной энергией. И фантом делился ею, отчетливо понимая, что ему остались считанные минуты.

Ему было страшно думать о смерти. Как и любой другой, он боялся неизвестности. К счастью, в этот раз конец не был болезненным. Нуф-Нуф просто обессилено опустился на пол, до последней секунды транслируя силу создателю. А потом устало закрыл глаза и замер, погрузившись в беспробудный сон забытья.

13. Демон. Мстительность – мое второе я. А в сочетании с гордостью она иногда пугает даже меня

Демон

И почему, начав сотрудничать с Комитетом, я все чаще вляпываюсь в темные истории? Почему риск для моей жизни становится закономерностью? Да просто потому, что моя дурная благотворительность выходит мне боком!

Идиотизм!

Зато нескучно.

Отбросив неоднозначные мысли, я открыл глаза. Все тело ломило, а слабость была непередаваемая.