Спираль жизни

Легкие горели огнем, разрываясь от нестерпимой жажды воздуха. Парень захрипел, судорожно глотая соленую воду вперемешку с собственной кровью. Боль была такой сильной, что, казалось, плавила изнутри, превращая внутренности в кипящий сгусток лавы.

Сознание стремительно ускользало, погружая измученный разум в спасительную темноту. Последней связной мыслью было сожаление, что все так глупо закончится - в безвестности, вдали от родных и друзей. Он даже не успел по-настоящему насладиться этим островом, исполнить свои мечты.

Бран из последних сил рванулся вперед, но лаз не поддавался, лишь сильнее стискивая свою жертву. Камни будто смыкались вокруг него, образуя каменный саркофаг. Острые грани впивались в плоть, дробя кости и разрывая мышцы.

Легкие горели огнем, разрываясь от нестерпимой жажды воздуха. Парень захрипел, судорожно глотая соленую воду вперемешку с собственной кровью. Боль была такой сильной, что, казалось, плавила изнутри, превращая внутренности в кипящий сгусток лавы.

Сознание меркло, поглощаемое удушливой тьмой. Звуки постепенно таяли, растворяясь в звенящей тишине. Мир сузился до крошечной точки, пульсирующей в такт угасающему сердцебиению.

Молодой человек сделал последний судорожный вдох, захлебываясь собственной кровью. Его тело выгнулось в мучительной агонии и застыло, намертво зажатое в каменных тисках. Лицо исказила гримаса нечеловеческой муки, а остекленевшие глаза уставились в никуда.

Последняя искра жизни угасла, поглощенная безжалостной тьмой.

Глава 3

Молодой человек вновь пришел в себя, лежа в том же углублении с водой в подводной пещере. Его тело сотрясала нервная дрожь, а в легких по-прежнему горело раскаленным углем после пережитого удушья. Каждый судорожный вдох давался с невероятным трудом, будто грудь сдавили железные тиски.

Бран ошалело огляделся по сторонам, не веря своим глазам. Неужели весь этот кошмар с застреванием в узком лазе и борьбой за глоток воздуха был просто дурным сном? Но ощущения были такими реалистичными - боль от впившихся в тело камней, нестерпимое удушье, постепенное угасание сознания... Разум отказывался принимать случившееся за реальность.

Дрожащими руками он ощупал свое тело, но кожа была гладкой и невредимой, без единой царапины.