Ель

Так что ты, уж пожалуйста, давай там, развивайся поскорей, пробуждай свои сверхспособности и заступай на пост лесного правителя. Без тебя, Ель, ну никак».

Глава 24. Слепая курица

Мы встретились с Кикки на площадке с качелями. Кикимора храбрилась.

– Видела кровавую надпись с мышами и жабами? П-ха! Детский лепет! Да они, поди, просто нас запугивают, чтоб веселее жилось. У них определённо дурной вкус. А пошли покатаемся, надо сбросить напряжение.

Мы залезли на высокие двухместные качели-лодочку, я упёрлась ногами в дощатый пол и крепко схватилась за поручни.

Кикки присела, чтобы привести качели в движение, и вскоре в уши нам задувал тёплый ветер.

Раскачавшись как следует, мы поочерёдно взлетали на умопомрачительную высоту. Мои ноги отделялись от деревянной платформы, сердце делало кульбит за кульбитом, хотелось смеяться, и я не отказывала себе в этом удовольствии. Пусть недоумки из клана дракона затевают что угодно, я точно так же рассмеюсь в лицо каждому из них.

То и дело мелькали за деревьями светлые силуэты слуг лесного царя. Похоже, у них шло совещание. Арас не соврал, когда пообещал, что сделает всё возможное ради мира и покоя в Скрытень-Лесу. Но и мне не следовало прохлаждаться. Крикнув подруге, чтобы та сбавила скорость, я решила серьёзно приступить к саморазвитию.

Когда мы уже уходили с площадки, нам на пути попался Вележ Сикорский. Он глядел на меня так внимательно и испытующе, словно тщился заглянуть в самую душу, и от этого было как-то неуютно.

Я собиралась обогнуть его, как вдруг Кикки пропала из виду. Передо мной вихрилось серое марево – и больше ничего. Куда-то подевался и лес, и академия, и площадка. Были только мы: я и Сикорский.

– Ель, – произнёс он, растягивая звуки. – Е-е-ель…

Он протянул ко мне руку, но, едва дотронувшись, тотчас с шипением отдёрнул пальцы.

– Хорошая Ель, умная Ель, ты никому не расскажешь, что сейчас было. Потому что это всего лишь сон, глупый бредовый сон.

Марево исчезло, и Сикорский испарился вместе с ним. Я резко открыла глаза. Надо мной склонялась Кикки, и на её побледневшем лице ярко проступала россыпь веснушек.

– Ты вдруг сознание потеряла, – волновалась она, хватая меня за руку. – Я уже хотела звать на помощь. Ты чего это падать удумала, а?

– Переутомилась, наверное. Жуть как устала. Пойду, наверное, домой, – сказала я и поплелась к себе под сочувственным взглядом подруги.