Блюз демонов

 

Это все еще была та же осень, когда я призналась в любви Никите и он в ответ, в общем-то, был не против заняться со мной любовью, хоть и разочарован банальностью ситуации? Это все еще была та же осень, в которую я, не чувствуя под ногами земли, шла по дорожке от большого дома до "музыкальной беседки", а в голове моей распевали на все лады безумные ночные птицы? Воздух пьянил послегрозовым озоном, память подсовывала дурацкое воспоминание (которое и не сохранилось-то в голове толком), как мы шли с Викой на соседний участок и что-то там такое случилось, но я так же, как и про ночь после Никитиной свадьбы, почти ничего не помню из того, что случилось.

Все это, скорее, кажется только сном, смутно расплывающимся перед глазами. Так вот – сейчас та же осень?

- Та же, как и какая? - переспросил не-Виталик, но я почему-то была уверена, что он совершенно точно знает, что я имела в виду, что он знает мои мысли, может, слышит их или еще как-то воспринимает, но точно знает. 

- Как и вчера, - просто сказала я.

 

- Зависит от того, какая осень у тебя была вчера. 

И в его голосе насмешки больше не чувствовалось. По крайней мере, не чувствовалось мне. Возможно, потому что я вообще уже к этому моменту могла мало что чувствовать и находилась в состоянии, близком к обмороку. 

Черное, белое, серое - эти цвета снова наступили на меня с прежней силой, отталкивая все необыкновенные события и встречи, которые сегодня со мной приключились. 

- Это была бы очень смешная шутка, - услышала я сквозь навалившуюся темень и звон в ушах, - если бы ты сейчас потеряла сознание.

Мне пришлось бы нести тебя на руках через порог, как делают новобрачные. И да, это была бы очень смешная шутка... учитывая ситуацию. Как ты думаешь, Лео? Леее-ооо... Да выходи уже, брат. 

В наплывающем на глаза мраке я ожидала разглядеть на покосившемся крылечке домика фигуру Льва Васильевича, но в этот момент поросшие легкой тинкой воды старого пруда, скорее похожего на большую грязную лужу, вспенились как воды морские, выпуская на поверхность струящуюся дымными извивами фигуру львиноголового дракона.

Я потеряла сознание. 

40

Море простиралось передо мной, насколько хватало взгляда. Я знала, что это море Слез. Я знала, что оно ядовито. Я знала, что была здесь раньше. 

Понятия не имею, откуда я это знала.

Понятия не имею, кто была сейчас эта я. 

Я шла по кромке ядовитой воды, впечатывая босые ступни в смоченный ее ядом песок.