Блюз демонов

По правде сказать, вообще мало что помню. Отрывочно. Неотвеченные звонки от Неллы. Странный милый щенок Луна. И тут же всплывало в голове - "гончая терема". Тени волков и драконов - размазанные кляксы в вязком тумане. Виталик, который сначала не Виталик, а потом вроде опять Виталик. Лев Васильевич ("Добро пожаловать в мой бастион"). Высокие окна-иллюминаторы с видом на Никитиную дачу. А потом мне почему-то снова шестнадцать и мы с Викой пробираемся в сарай заброшенного участка, который она настойчиво называет черным теремом.

Выключаю воду. Дрожу от холода, но зато голова немножечко прояснилась. Вижу на зеркальной полочке разные баночки и пузырьки, много. Приоткрываю дверцу шкафчика - там всяких подобных мелочей еще больше. Или тут обитает женщина, или очень внимательный к своей внешности и здоровью мужчина. На подставке - упаковка бумажных полотенец, прямо под ней - маленький мусорный бачок с длинной ручкой. Ванная комната небольшая, но ощущение, что все здесь на своих местах, все, что называется, под рукой.

 

Чувствую, как кожу на лице стянуло от ледяного умывания - наверняка, в этом изобилии баночек, тюбиков и пузырьков найдется какой-нибудь подходящий крем. Шарю глазами по полочке, переставляя ее содержимое - какие-то специфические средства, на многих только этикетка с иероглифами и непонятными значками. Собираюсь открыть зеркальный шкафчик - уже рукой потянулась, и тут как будто что-то в висок ударило, хотя я знаю, что никто ко мне не прикасался. 

Я так и замерла, кажется, с протянутой рукой в то время, как зеркальная поверхность шкафчика начала расплываться у меня перед глазами, как будто стекая дрожащими ручейками.

 

Девушка со спутанными светлыми волосами стояла по щиколотку в воде, прижавшись спиной к огромной шипастой туше зверя. То ли мертвого, то ли проживающего последние мгновения своей жизни. 

 Чем дольше я смотрела на все это через зеркало шкафчика в ванной комнате, тем отчетливей ощущала жжение в спине и ступнях. Пришло ясное понимание, что сознание зверя мертво, но физически он еще жив.

Вернее, она жива. Драконесса. Ее умирающее тело лежало на берегу, омываемое волнами ядовитого моря и сжигаемое ядовитыми песками, пока не стало готово для проведения ритуала. Туша умирающего зверя была горячей и мокрой одновременно. 

Я пыталась отвести взгляд от зеркальной дверцы - только пыталась, полностью мне это не удавалось, и взгляд все равно возвращался туда, будто его притягивала какая-то сила.