Эриния. Месть огня

Я вытянула перед собой руку - порезов и ссадин не было, кости срослись, лишь сломанные пальцы смотрели в разные стороны, вопреки анатомии. И вдруг их тоже охватил жар, золотые нити проявились на мгновение, пробежало искрами по телу, и пальцы сами встали на место, а кожа из синюшной стала розовой, как и положено:

- А шштооо, аааа? – Попытка произнести хоть что-то связанное снова не удалась, я лишь, вытаращившись, смотрела на странных своих спутниц.

- Ой, да прекрати уже! – Рявкнула та, что было со змеями и резко встала.

Потом, наклонившись, заглянула мне в глаза и удовлетворенно кивнула. – Чего ты блеешь! Подумаешь, ну поболело. Прошло же!

Только теперь до мозга докатилось осознание, что ноги и руки мои были целы, и хоть это было и невозможно, срослась шея, еще недавно вывернутая так, что это подошло бы сове, а не человеку.

- Агх, - сказала я ей протестюще, в порыве негодования дернула головой, и тут заметила, что у моих спасительниц нет теней. Я медленно, как только возможно, перевела взгляд и задумчиво посмотрела на себя и все, что было рядом.

У колодца тень была, у деревьев, у разваленного дома и даже у мусорной кучи - тоже. У меня тени не было. Я ткнула пальцем туда, где она должна была бы быть. Села на корточки и ошупала землю, словно тень могла закатиться куда-то. Задумалась.

Почему-то отсутствие тени потрясло меня куда сильнее змей-волос, красных глаз и собственной живучести. С чего я взяла? Да с того, что, осознав это, упала в обморок.

Вот так парадоксальным образом моя жизнь началась со смерти.

Так бывает, если ты не человек. Я им, как вы уже наверняка догадлись из этого рассказа, не была.

Глава 1

Итак, давайте знакомиться. Я – эриния. Вот вам и ирония изучаения «Илиады» и других книг Древней Греции. Пригодилось!

До 18 лет я была человеком, по крайней мере, выглядела как человек, считала себя им и почти не проявляла своих способностей. Это сейчас я осознаю, что моя неимоверная живучесть была проявлением второй сущности.

Со мной слишком много всего происходило в детстве, чтобы считать это везением – от падения с высокого дерева до аварии с пьяным приемным папашей, где от машины осталось целым только кресло, в котором я сидела. Еще меня редко обижали физически. Психологически, правда, доставалось. Очень я триггерила людей вокруг, но чувства самосохранения не доводить меня им хватало. Всем, кроме Криса.

Ипостась эринии снисходит на нас ровно в восемнадцать лет.