Эриния. Месть огня

- Может, скажешь, что случилось?

- Кровь, много.

Если Кира говорила такое, значит, и правда, что-то неладно. Ее силой был – нюх. Она буквально носом чувствовала боль, смерть, ужас, - все, что несет в себе кровь убиваемого человека. И следы этой крови на преступнике.

Мы прыгали через заборы затихших в ночи домов. Бежали. Задевали ветки, и ледяные капли падали нам за шиворот, когда мы задевали их. Кира словно ничего не видела и не чувствовала. Она огромными прыжками на своих мощных ногах преодолевала пространство.

Когда дома пригорода закончились, она остановилась и снова принюхалась. Тут уже и я почувствовала неладное. Словно сдавило горлои кто-то шептал и шептал мое имя. Я начала задыхаться, рванула шарф, но он не поддался.

Мы углубились в чахлый загаженный людьми лесок. Кира бежала как по дороге, я еле поспевала за ней. И вдруг она упала ничком, зацепив и меня за ногу, так что я рухнула рядом.

- Тихо! – Прошипела она, вдав меня в землю.

Среди деревьев было темно.

Плотная осенняя облачность скрывала звезды и луну. Конечно, мое зрение позволяло мне видеть, но немногое – лишь то, что перед нами на полянке кто-то стоял. Тем неожиданнее стало то, что Кира вдруг всхлипнула и одним прыжком из положения лежа переместилась туда. Раздался тихий стон боли. Я поднялась и побежала к ней.

На поляне никто не стоял. Это висело тело эринии, подвешенное вверх ногами, чтобы удобнее было спускать кровь. Она натекла огромной лужей внизу и чернела в темноте.

Я пригляделась. В крови виднелись узоры, а сама она образовывала правильную пятиконечную звезду.

Я посмотрела в лицо растянутой меж ветвей женщины. Это была Оливия. Я почти не знала ее, видела всего несколько раз в компании Старших эриний, но знала, что Кира была ее подругой.

- Оливия, Оливия, Оливия, ну открой глаза, слышишь, дурында? – Бубнила Кира, сотрясаемая рыданиями.

«Странная просьба, - подумала я. – Глаза же в нее открыты». В них читалась боль, и я как наяву снова услышала свое имя.

Оливия была безвозвратно мертва. Над ее телом потрудились так, что она уже точно не смогла бы ожить, уж на что мы, эринии, способные. Было видно, что она сражалась за свою жизнь, но встретилась с кем-то намного сильнее.

Кира рыдала. Ее плечи вздрагивали в такт всхлипам. Я, присев, осторожно положила ладонь на ее руку. Кира резко отстранилась и вскочила на ноги, кинувшись в качающемуся трупу.