Причал желаний

Мысли считываю, но направление предугадать сложно. Сконцентрировалась ещё сильнее. Зажмурилась. И перед глазами словно кто-то в воздухе нарисовал линии будущих траекторий полетов магических снарядов, красноватым свечением отобразились силуэты противников, зеленоватым мои девочки.

"Правее…" — предупредила мысленно Вику.

Та не сразу поняла, что я имела ввиду и из-за промедления получила ещё одно ранение.

"Левее…"

На этот раз моё предупреждение помогло. После пары вспышек боли со стороны Джастин, я плюнула на обещания и клятвы.

"Пригнись!" — скомандовала я.

Как ни странно девушка вместо ожидаемого удивления и вопросов сначала подчинилась и уже потом вслух негромко произнесла:

— Это как?

"Это? Просто думай, я слышу…" — отозвалась я.

Схватывала девушка буквально на лету. Тут же переключилась на непрекращающееся сражение, четко используя мои подсказки — уходя от чужих заклинаний и корректируя направления своих атак.

Непросто это — успеть предугадать и предупредить. Одно хорошо, меня действительно не замечали и соответственно не атаковали, в отличие от Вики и Джастин.

От внимания Виктории не укрылся тот факт, что и Джастин очень уж четко уходит от атак.

"Не до королевских приказов… Левее!" — мимоходом поделилась своим решением я.

"Надо бы как-то утихомирить. Без жертв", — откликнулась Вика.

Несмотря на то, что девицы вряд ли отличались излишней гуманностью, Вика не хотела их колечить или убивать. Вот оно влияние антимилитаристский земных взглядов. Ну да ладно, я тоже не убийца.

И вдруг я почувствовала что в помещении появился кто-то ещё. Глазами вижу, что никого нет, но будто есть. Незримый, безмолвный наблюдатель. И в тоже время в голове стали появляться новые варианты стратегии, словно кто-то стал подсказывать.

"Тут присутствует некто ещё… Не физически… О! Исчез!" — мысленно отчиталась о новом наблюдении.

"Это дух академии…" — тут же отозвалась Джастин.

И тут девушку озарило. Воздух сгустился, превращаясь в упругую плеть. Свист. Сестрица Джастин не получив ни малейшего ущерба здоровью, ошалевшими глазами провожает опадающую на пол грудой тряпья юбку.

Раздавшемуся истошному коплю позавидовали бы иные сирены. Вскоре уже все противницы с горящими от стыда щеками и напрочь позабыв о сражении прикрывали оголившиеся телеса.